За окном уже начинало темнеть. Даниэль находился в своём кабинете и, сидя за столом в кресле, рассматривал различные бумаги, относящиеся к его работе. Около получаса назад его охранница показала ему этот кабинет после экскурсии по борделю и ушла разбираться с какими-то делами. Странное дело и ощущение, когда проверяешь свой подчерк и сверяешь его с бумагами, которые никогда не видел, и видишь, что всё сходится как один. Он, наконец, поверил в то, что действительно является хозяином этого борделя. Непонятное чувство, которое мужчина интерпретировал для себя, было схоже со счастьем и в тоже время облегчением, но всё же некоторая доля недоверия к людям всё ещё никуда не исчезла. Да и как она могла исчезнуть, если всё вокруг незнакомо? Впрочем, решение было принято только одно – жить настоящим моментом и больше не думать о прошлом.
За дверями кабинета временами слышался какой-то шум, чьи-то шаги и негромкие шепотки, разобрать которые было невозможно. Конечно, хозяин на месте и теперь всё должно было встать на свои места. Вот только на свои ли?
Ещё утром, когда они только приехали сюда, выяснилось что был убит один из его подчинённых обычной шлюшкой. Сейчас Дэн пересматривал записи об убитом и Ханне Майерс, которые не сказали ему ничего особенного. Да, он обошёлся с ней очень жестоко, но всё же то, что сделала она, гораздо хуже того, что пришлось ей вынести, по крайней мере, у неё осталась её жизнь, в отличие от покойного Хельгенса. Это должно было послужить уроком не только ей, но и всем остальным девочкам, которые здесь работали.
Мысли же его занимал совершенно другой человек. Даниэль отбросил бумаги на стол и посмотрел в окно, закурив.
– Анна... – негромко задумчиво произнёс он имя девушки, которая преследовала его всё это время. Пусть она и подсказывала ему как себя вести, но всё же ему далеко не всё нравилось из того, что она делала. Она вела себя с ним так, будто он ей чем-то обязан и постоянно делала ему одолжение. И, мало того, Анна, будто не ставила его ни во что, не уважала так, как делали это все остальные. Дэн задумался над тем, какую роль она играет в его жизни.
"Глава охраны? Хороша охрана, которая издевается над своим же начальником... Нет, так дело дальше не должно идти. Один её солёный кофе, который она подсунула мне, чего стоит?! Тоже мне, нашла, кого разыгрывать детскими шуточками... Ну, ничего, как только она придёт, я поставлю её на место. Жаль, не получилось сделать этого сразу, подошёл бы и плеснул это кофе ей в лицо". – Фрост вздохнул и затянулся сигаретой. Он был всё ещё зол на неё из-за того, что Анна решила над ним посмеяться. Да, тогда он не отреагировал должным образом на её "шуточки", но месть – это то блюдо, которое подают холодным...

Приближающиеся шаги к дверям, то, как они открывались, и в комнату входила Анна, Даниэль расслышал хорошо. Вот только не было у него настроения смотреть в сторону девушки, а точнее, он и так смотрел на неё через отражение в отполированной дверце шкафа. К её приходу он уже определился для себя, кто он есть, а потому решил, что больше не даст управлять своими действиями другим людям. Смешно сказать, человеком, который чего-то в жизни добился, имеет власть, управляют его же подчинённые. Да, возможно, кое в чём ему всё ещё и требовались советы, чья-то помощь, но никак не наставления в том, что ему делать и как жить. И даже если он делал что-то раньше, жил как-то иначе, почему он не может изменить этим своим привычкам, которые даже не помнит? Почему он должен вообще играть эту роль? Он прекрасно помнил, что это было именно его решением, но чем дальше, тем больше ему не нравилось это, раздражало и время от времени даже бесило.
"Нет, так больше не будет, мне надоело. Я хоть и не помню ничего, но не дурак, разберусь со всем и сам", – подумал он, мысленно ставя точку на своей бесхребетности и туша сигарету в пепельнице, когда Анна предложила пойти домой. Уезжать же из этой обители похоти и разврата у него не было никакого желания. Ему здесь всё нравилось, и он ещё не сполна насладился этим ощущением власти вложенной так внезапно в его руки. То, что он знал об этом уже давно, ещё ничего не значило, ведь лучше один раз почувствовать, чем сто раз поверить на слово.
– Я никуда не поеду, мне здесь нравится, – он, недобро прищурившись, взглянул на девушку через плечо и ухмыльнулся, – познакомлюсь с персоналом, вдруг ещё кто-то кого-то убьёт и нужно будет разобраться с очередной убийцей?
Хохотнув, Даниэль всё же повернулся к столу и к Анне и достал из ящика в столе бутылку с виски и стакан, которые обнаружил ранее, когда рылся в своих вещах. До этого момента ему не приходилось пить что-либо алкогольное, потому как он хотел постоянно находиться в здравом уме и трезвом рассудке, но теперь же, когда всё встало на свои места, Дэн решил расслабиться. Плеснув в стакан виски на два пальца, мужчина поднял его к своим глазам и посмотрел сквозь темноватую жидкость на Анну.
– Я бы хотел с тобой серьёзно поговорить, – сказал он спокойным и уверенным тоном, уже без издёвок, и сделав пару глотков. Алкоголь обжёг и согрел горло, стакан опустился обратно на стол и пальцы стали медленно и ритмично оглаживать холодное стекло, означая задумчивость мужчины. Дэн кивнул на стул перед своим столом. – Присядь. У нас с тобой не было ещё времени поговорить по душам...
То, что он собирался сказать Анне, он спланировал уже заранее, а так же продумал все возможные последствия этого разговора. Эта девушка была не слишком эмоциональна, а потому он начал говорить напрямую, без всяких предисловий:
– Прежде всего, я бы хотел знать, кем ты себя возомнила, а? – приподняв бровь, Даниэль посмотрел на неё с едва заметным вызовом, – я прекрасно знаю, где место женщин в этом мире, а ты, девочка моя, слишком зарвалась и поступаешь не очень хорошо по отношению ко мне. Или ты думаешь, что раз я ничего не помню, то буду спускать тебе всё с рук? Даже не надейся. Если прежний я и терпел такие издевательства над собой, то Я не потерплю неуважения ко мне! И не посмотрю на то, что ты глава охраны. Ты всего лишь моя подчинённая. И не больше. Это тебе ясно?

Отредактировано Daniel Frost (15.07.2012 01:41:07)

Тирада, которую Даниэль услышал в ответ на свои слова, его поначалу позабавила. Оказывается, это он был виноват в том, что попросил её что-то сделать, а не стоять истуканом у стены. Оказывается, она его телохранитель, который не обязан ничего делать, кроме как охранять его жизнь.
"Хороша девочка..." – мысленно усмехнулся мужчина. То, что она не собиралась для него ничего более делать, кроме как шастать постоянно за его спиной, словно следя за преступником под конвоем, ему не нравилось, и он не собирался этого терпеть. Однако он слушал её молча, не перебивая, время от времени подливая себе ещё виски и выпивая его, разглядывал её почти без эмоций на лице, видя лишь как в глазах её бушуют эмоции, просто запоминая всё, что Анна ему говорила и, не обращая внимание ни на что больше. Даниэль поддавал каждое слово девушки глубокому анализу, делая свои личные выводы и глядя на них через такую же личную призму.
"Значит, у тебя взыграла гордость? Девочка просто обиделась и решила отомстить, подсыпав соли в кофе. Какая жалость... Отца, насколько я помню, уже нет в живых, а посему рамки эти можно и изменить".
- Пойдем дальше по пунктам?
Дэн без особой заинтересованности кивнул, спокойно подкурив очередную сигарету, расслабленно откинувшись на спинку кресла и замечая, как расходится в своих высказываниях Анна. Она намекнула на "этот раз"... Да, Дэн мог бы согласиться с тем, что находился в заднице общества, пережил страшные моменты в своей жизни... И, возможно, в словах девушки и была доля правды, но всё же, он был благодарен судьбе, а не кому-либо ещё, за то, что стал тем, кто он есть, что он выжил и помнил, где он находился до того времени как попал сюда. Ему просто было с чем сравнить. Заброшенное здание, заваленное мусором и пропахшее гнилой сыростью, он сравнивал с теми апартаментами, в которых жил теперь. Презрение в чужих глазах он сравнивал со страхом, вкус собачатины с нормальной человеческой едой... У Даниэля Фроста было только два мира: до того, как его нашёл Маркус, и после. Обвинять его в том, что делал тот Даниэль, которым он быть перестал, было так же глупо, как обвинять одного человека, что тот другой и не похожий на кого-то. Но в одном Даниэль был уверен точно – он был нужен этому месту и этим людям так, как никто другой, и как бы он ни мыслил, и что бы он ни делал, он всё равно останется хозяином этого борделя, хозяином жизней других людей. Но всё же злость за солёный кофе отступила. Он допил оставшийся виски в стакане и, почувствовав в голове лёгкость от выпитого, отправил бутылку со стаканом обратно в тумбочку.
Анна чуть ли не рассмешила его, показывая тату, пытаясь доказать, что она всё же выполняла свою работу, как это обязана делать начальник охраны, однако это он выдал лишь усмешкой.
"Значит, эта девочка спасала мне жизнь? Она на это намекает? Ну-ну. А я, значит, должен быть обязанным ей за это? Наивная..."
Фрост вздохнул, когда Ли попыталась ему отправить ответный вызов, и разочарованно покачал головой, спокойно и неторопливо затянулся сигаретой, выдохнул дым в потолок и безразлично холодно посмотрел ей в глаза, начиная говорить негромко неторопливо и даже с сочувствием, точно так же, как когда держал Ханну за руку, пытаясь достучаться до её разума:
– Советую тебе успокоиться, не то, не дай Бог, пожар случится, вон, как искры из глаз летят. – Дэн затушил сигарету в пепельнице, усмехнувшись, делая короткую паузу и продолжил, – а если тебе не ясно твоё место, то я тебе его объясню. Во-первых, мне глубоко плевать на то, что было в прошлом, меня интересует настоящий момент. Если судьба захочет, я всё вспомню, но сомневаюсь, что это что-то изменит. И если ты пытаешься мне доказать, что ты выполняла свою работу исправно, то не надо, я тебе верю, иначе не сидел бы здесь. – Отстранившись от спинки кресла, он снял с себя пиджак и, сложив его вдвое, положил на край стола. Снова посмотрел на Анну, сложив руки на столе, как школьник, подался чуть вперёд и улыбнулся ей одними губами, заглянув ей в глаза. Пока всё шло по его плану.
– Во-вторых, если ты привыкла быть бревном, тумбочкой, стенкой, телохранительницей, которая не привлекает к себе внимания и только следит за моей человеческой тушкой, дабы меня не убили, то это, конечно же, твоё дело. Но меня такой расклад не устраивает. В тебе слишком много эмоций, не думай, что я стану тебе что-то доказывать. Я вижу в тебе женщину и совсем не прочь тебя трахнуть. Драться же с тобой с моей стороны было бы глупо. Я прекрасно понимаю, что ты обученный боец, раз работаешь в охране, и я не спорю, что ты можешь уложить меня на лопатки. Однако если такое произойдёт, то это будет вполне себе повод для чего-то другого...
Склонив голову на бок, мужчина смерил Анну ставшим на мгновение задумчивым взглядом.
– Но ответь мне, пожалуйста, только на один вопрос: в моих ли силах сделать из тебя такую же бордельную девочку, как та Ханна? Если ты думаешь, что твой статус и характер тебе этого не позволят, то ты ошибаешься... – по губам Даниэля скользнула кривая усмешка. – Я могу сделать из тебя шлюху, мне плевать на деньги, которые я мог бы получить, перепродав тебя, но как ты думаешь, сколько извращенцев захотят трахнуть бывшую главу охраны Даниэля Фроста и какие деньги они за это выложат и не по разу? Мне кажется, куш будет намного больше. Не это ли значит, что я могу доказать и таким образом, что я твой Хозяин?
Сейчас Дэн просто веселился. Он насмехался над Анной и начинал получать от этого странное удовольствие, как тогда, когда мучил бедную девочку-убийцу.

Отредактировано Daniel Frost (15.07.2012 18:14:11)

Даниэль заметил, как заставил Анну задуматься. Этого он и хотел – посмотреть, на что она способна и насколько предана своему хозяину, а так же насколько умна. Одно дело, спасать чью-то жизнь, жертвуя своей, потому что это твоя работа, и совсем иное, действительно понимать, что твоя жизнь принадлежит другому человеку целиком и полностью. Анна же пыталась вести себя с ним на равных, спорила, пыталась что-то доказать, держала свою планку высоко. Но Дэн лишь прощупывал её, не воспринимая девочку серьёзно. Хотел ли он и мог ли сделать из неё шлюху? Да-да и ещё раз да. Неважно, что было в прошлом, но он в Анне Ли не видел того человека, которому захотел бы доверить свою жизнь, надеясь на защиту. Её несерьёзность с этим грёбанным солёным кофе была тому виной. И он собирался проучить её любым возможным способом. Ведь Фрост искренне полагал до этого случая, что раз Анна достойна полученного ей звания, то она серьёзна во всём и преданна ему. Да и, в конце концов, в просьбе организовать кофе не было ничего унизительного, и никто не просил её самостоятельно его делать. Он думал так, но понял, что ошибался.
Теперь же мужчина смотрел на девушку, в её глаза с насмешкой, в ожидании теперь уже её хода, когда она приблизилась к столу и стала рассматривать его.
"Как отреагирует? Согласится и примет свою участь, что, конечно, сомнительно? Осознает, что я готов поступить с ней именно так? Попросит ли не делать этого или продолжит спорить со мной? Нет. Улыбнулась, значит... Интересно, что она себе там надумала..." – Дэн вопросительно приподнял брови, но промолчал, потому что Анна начала говорить и приближаться к нему, обходя стол. Мужчина не сводил с неё глаз, поворачивая голову по мере её приближения и незаметно напрягшись. На первую реплику он только улыбнулся. Такая резкая смена поведения могла означать только одно – Анна что-то решила для себя и собирается это сделать. И это было понятно сразу, так как не было дано согласие на её новую роль, и слова девушки звучали уж слишком подозрительно мягко.
– А шлюхой – это единственный для тебя приемлемый вариант?
– Мне было бы интересно увидеть тебя в этой роли, – ответил ей в тон Дэн и его взгляд отметил приставания к пиджаку и приближение к его руке.
– Неужели такого мужчину не возбуждают женщины, которых не имеет половина города? – Фрост шумно выдохнул, когда почувствовал, как руки Анны ласкают его тело, откинулся назад, опираясь о девушку корпусом, прилёг затылком на её грудь, чуть прикрыв глаза, но не расслабляясь. Лёгкие и нежные прикосновения были приятны и даже немного возбуждали.
– Кто знает... – только и ответил он, чуть усмехнувшись. О таком он ещё не думал, да и знать не знал, но отчего-то ему эта идея понравилась.
– А на то, как эти извращенцы будут трахать твоего начальника охраны и друга...
"Да ну? Друга? Не смешите мои тапочки..." – мужчина мысленно недоверчиво скривился. А вот то, что Анна делала, как целовала его, даря нежность, что говорила дальше...
– Заводит, – уверенно сказал он сразу, даже не думая, чувствуя, что это действительно его завело. Однако это было его ошибкой – поддаваться игре Анны. Всего мгновение, как ситуация резко изменилась. Он всё это время не знал, чего от неё можно ожидать, а когда понял... то решил сыграть очередную партию их словесной битвы так, чтобы она стала последней.
Даниэль закрыл глаза и расслабил тело. Женские ручки уже сжимали шею, а слова вовсе не обещали его убить, однако, несмотря на едва поступающий воздух в лёгкие, борясь с шумными и тяжёлыми вдохами и хриплыми выдохами, он произнёс, делая голос всё тише и тише и даже не собираясь сопротивляться:
– Храбрости? Девочка, ты берёшь меня на понт. Но я не играю в твои игры. Можешь считать меня трусом, мне плевать. Ты же знаешь, что у меня с головой не всё в порядке. Я псих. А ты, я вижу, храбрая. Решила придушить хозяина? Давай, сильнее сожми и не будет никаких проблем. Я знал, что вся эта история добром не кончится для меня. Мне терять нечего. Ну? Чего ждёшь? Будь серьёзнее! – Его руки резко поднялись вверх и с силой, до будущих синяков, сжали руку Анны, что держала его шею в захвате. Он толкнулся назад и прижался к её груди спиной так, чтобы не дать отстраниться, зажав её между своей спиной и спинкой кресла, на котором сидел. Сердце застучало бешено от подступившего страха смерти, но сознание говорило иначе. – "Так будет проще. Так будет намного проще всё. Она ведь мой телохранитель. Она должна беречь мою жизнь. Мне же нечего терять".
А едва подступившее возбуждение, на удивление совсем не спадало. – "Может, я мазохист?"
– Ты же убийца и это твой ход. Сожми до хруста и будешь победителем. Ну?! Только так ты не станешь шлюхой! – хриплый тяжёлый и сдавленный вздох, теперь это была его партия. – Я был бы твоим первым клиентом в этой роли, ты же намекала, что убьёшь их всех, так начни с меня. Не сделаешь этого и тебя связанную оттрахает весь бордель у всех на виду! Ну?! – последнее Дэн почти выкрикнул. На виске вздулась венка. Вот только вместо того, чтобы отдёрнуть душившую его руку, Фрост, выдохнув весь воздух со словами, сознательно больше не делал вдохов и лишь сильнее надавил на руку девушки, прижимая её ещё плотнее к шее. Не слушая Ли, мужчина делал только то, что задумал. Однако организм брал своё и всё ещё пытался дышать через силу.
– Интересно, что скажут люди, когда обнаружат, что я умер от твоих рук? Не делай того, чего не хочешь... – хрипло и очень тихо, задыхаясь, прошипел Даниэль последние слова в своей жизни. Горло заскребло и сдавило неприятной болью в районе кадыка, а он всё давил и давил, до боли сжимая руку Анны в пальцах, не отпуская, держа крепко стальной и чуть судорожной хваткой. Возбуждение всё же спало.
По сути, ему и правда, было нечего терять. Деньги, секс, власть – всё это принадлежало не ему. А он – был никем. Он себя не помнил. Да, всё это дали ему, он бы мог жить, наслаждаясь всеми этими удовольствиями... Но кто знает, всё ли будет хорошо и дальше? Его ведь пытались убить и не раз. Так может, лучше умереть так легко и сразу, чтобы потом не мучиться? Дэн думал об этом неоднократно, когда ему становилось хреново. Вот только важно ли это, когда человек потерян? И пусть перед ним открылась дверь в счастливое и светлое будущее, только ему решать, переступать этот порог или нет. А может быть, он и правда, не хотел знать, кем он был на самом деле? Может быть, он сам боялся своих желаний? Может быть, Даниэлю было проще так, чтобы не причинять никому больше вреда?
Пальцы слегка дрожали. На лбу выступило несколько капелек пота. Лицо покраснело от нехватки кислорода. Всё тело судорожно напрягалось, не давая вырваться Ли, выбивая давлением спины на её грудь из неё воздух тоже, противясь решению хозяина, но... Смерть в этой ситуации была единственным, что было ему подвластно. Перед закрытыми зажмурившимися глазами появились яркие вспышки, белые круги. А потом, спустя минуту или две, хотя и казалось, что прошла вечность, когда его сознание накрылось лёгкой и мутной дымкой, поплыло, а потом и вовсе стало исчезать, тело Даниэля несколько раз вздрогнуло в кресле, словно борясь с самим собой, и обмякло, снова расслабилось, но уже неподвижно. Руки потяжелели и упали на колени мужчины, оттого что пальцы, ослабев, разжались. Веки разравнялись, оставшись закрытыми. Голова безвольно опрокинулась вперёд. Из приоткрытого рта больше не доносилось ни единого звука, ни единого вздоха, лишь только с краешка губ скатилась тонкая струйка розоватой слюны, смешанной с кровью, и капнула на ворот белой рубашки...

Отредактировано Daniel Frost (18.07.2012 13:42:41)

Терпеть задержку дыхания было непросто, чтобы вызвать нужные реакции организма, как и разыгрывать весь этот спектакль. Ведь Дэн давил на горло, имитируя удушье, и с силой сжимал руку девушки, дополняя давлением спины на её грудь, не просто так. Всё это создавало впечатление, будто он настроен серьёзно. Да, он придушил себя, но ровно настолько, насколько позволяло сознание, да и боль в горле была явным предвестником, что сильнее давить не стоит. Большинство его рефлексов были не настоящими, а то, что Анна всё же противилась его действиям, только играло ему на руку. Он слышал, как тяжело она дышала, ощущал, как трудно ей давалась борьба с ним. Остановиться в тот момент, когда сознание собиралось уже покинуть тело окончательно, было ещё сложнее, пришлось несколько раз дёрнуться, незаметно вдохнув воздух, чтобы снова задержать его в лёгких и обрести чёткость рассудка. В этот же момент он и прикусил случайно щеку с внутренней стороны до крови. А после сделал вид, что потерял сознание. На самом же деле он играл с ней, желая, чтобы девушка осознала, что теперь даже такая милая шутка, которую Анна решила с ним обыграть, не закончится хорошо или так, как она планировала. С ним нельзя было шутить, нельзя было стоять на равных и думать, что Даниэль Фрост простит и не отыграется за неправильно сказанные слова или действия, за грубость или хамство по отношению к нему. Ему было интересно, как поступит Анна при таком раскладе.
"Что сделает в первую очередь? Запаникует? Позовёт на помощь или попытается разобраться со всем сама? А что если она захочет действительно убить меня и потом вынести хладный труп из кабинета и закопать где-нибудь подальше от людских глаз? Я ей, конечно, этого не позволю... Стрелять она не будет, чтобы точно меня добить. Звук выстрелов услышат за дверью и потом начнут задавать вопросы, а ей это не нужно..."
Когда руки Анны обхватили Даниэля и стали спускать его на твёрдый пол, ему стоило больших усилий не выдать себя. Спектакль всё ещё продолжался, и мужчина чувствовал себя актёром, мысленно уговаривая лёгкие ещё немного продержаться и не дышать.
"Не дышать, не дышать! Пока не время. Расслабиться полностью. Что? Стонешь, деточка? Тебе больно? Или ты за меня так распереживалась?" – стон девушки порадовал его, и ему пришлось ещё и сдерживать улыбку, ведь улыбающийся труп – это очень даже впечатляющее зрелище, для которого было ещё рано.
"Значит, усилия были приложены не зря", – похвалив себя, Дэн ощутил, а потом и услышал, что его покидают... Стало немного не по себе, ожидая, что вскоре в кабинет войдут другие люди, что было бы логично, позови Анна кого-то на помощь, Даниэль снова сделал выдох и вдох, и было готовился очнуться, как до его ушей донёсся щелчок замка. Дверь была заперта. Мужчина так и не открыл глаз, хотя и очень хотелось. Он прислушивался к каждому шороху и снова приближающимся шагам, ощутил подрагивающие пальцы на своей коже, проверяющие пульс.
"Да не мёртв я... Но ты ведь испугалась? Испугалась ведь? Наверняка, сейчас в твоей голове бегает куча мыслей: что со мной делать и что будет, если я всё же не очнусь?" – догадывался Дэн, всё ещё лёжа якобы бессознательной тушкой на полу.
Говорят, друг познаётся в беде, а Анна, как он успел заметить, считала его своим другом и относилась к нему так же панибратски. Хотя, он и пытался дать ей понять, что не допустит к себе такого отношения. Дэн не желал с ней разговаривать, да и не знал о чём, буквально до последних событий. Эту девочку он теперь хотел если и не поставить на место, то хотя бы воспитать так, чтобы она его сама для себя определила. И этот манёвр с его смертью был первым шагом.
Когда дрожащие пальцы вытерли всё это время раздражавшую влагу с подбородка, а после его голова приподнялась, Фрост понял, что Анна Ли собирается делать дальше. Это было логично и это было тем, что он ожидал, всё это время. Губы девушки коснулись его губ, делая, не сказать, чтоб приятные выдохи в его рот, Даниэль не выдержал. Руки мужчины напряглись, язык, что устал зализывать небольшую ранку на щеке с привкусом крови, словно насмехаясь, лизнул губу девушки, глаза открылись, чуть прищурившись сразу же от яркого света... И в эту же секунду Дэн оттолкнул от себя Анну, роняя её на пол рядом с собой, на спину, и забираясь на неё, садясь ей на живот. Мышцы после расслабления и резкого напряжения свела лёгкая судорога, вынудив Даниэля чуть скривиться от внезапной боли, но он всё же успел схватить руки девушки и прижать их к полу, по бокам от её головы. Дождавшись момента, когда боль прошла, Фрост, глядя в глаза Ли и расплываясь в хищной улыбке больше похожей на оскал зверя, с язвительностью в голосе произнёс:
– Теперь я уложил тебя на лопатки. Я разыграл тебя, девочка моя, ведь именно так я веду войну и всегда выигрываю. Так что не советую тебе со мной спорить или воевать. Ты никогда не узнаешь моего следующего шага! А я всегда добьюсь своей цели, любыми путями. Поняла?
Дэн усмехнулся и склонился к лицу перед собой, коротко и с напором лизнув веко, попробовав солёные слезинки на вкус, руки сжали сильнее запястья Анны, прижимая их полу, не давая вырваться.
– Я знаю твоё слабое место, – теперь уже прошептав на выдохе, Даниэль настойчиво поцеловал её в губы, терзая их и кусая, так, словно он целовал не девушку, а свою собственность, не обращая внимания на любые возможные попытки ему противостоять. Этот поцелуй был с привкусом его крови, но это только раззадоривало мужчину. А когда он оторвался от её губ, то спокойно сказал:
– У тебя есть только один выбор: или подчиниться мне по-хорошему, или продолжить вести себя так и дальше, но будь уверена, я добьюсь своего.

Отредактировано Daniel Frost (18.07.2012 22:26:14)

А девочка немного разочаровала Даниэля... Он надеялся, что на этом она спорить с ним не перестанет, и понял что, возможно, он выбрал не совсем ту тактику, которая была необходима. Конечно, претвориться бревном любая может, но бревно трахать не интересно, это каждый знает. Тогда что остаётся? Снова сменить тактику и в очередной раз привести Анну в замешательство. Конечно, он мог "разбудить" её и во время процесса, вот только хотелось мужчине вовсе не этого, ему хотелось игры. Спроси его, зачем он всё это делал, Фрост не ответил бы и только пожал плечами, просто хотелось и хотелось вовсе не одного траха, как его телохранительница предполагала. Слова Анны, которыми она пыталась что-то доказать в отношении его безопасности... Было похоже, что она просто уверена в том, что без неё мужчина ничто, слабая и беспомощная мошка, которую может прихлопнуть каждый. Но эти слова вызвали лишь появившуюся на его губах улыбку, такую, которую дарят наивным детям, однако эта улыбка очень быстро исчезла.
– Ты права, родная, прошлый Фрост, который слишком много забивал свою голову семьёй и был добреньким и наивным, умер. Теперь новому мне не нужна заботящаяся мамочка. А террористы, о которых ты говоришь, скоро будут дрожать от страха при упоминании моего имени, потому как большинство из них, в конце концов, подохнут, как дворовые собаки... – ответил Дэн очень серьёзно, глядя ей в глаза.
Только Маркус знал о его планах на дальнейшую жизнь, и то не обо всех на этот счёт. Даниэль же был стратегом, неважно, какую подлость или хитрость могли придумать враги, чтобы добраться до его тушки, он был подлее и хитрее, по крайней мере, считал именно так. А подлость и хитрость это те вещи, которые делают врага непредсказуемым, особенно, если до этого его долгое время изучали как совершенно другого человека. Если бы не жизнь на дне общества и не потеря памяти, возможно, всё было бы иначе. Он не был ни к кому привязан внутренне обязательствами или какими-то чувствами, по сути, ему было плевать на всех, а потому он мог смело рискнуть своей или чужими жизнями, чтобы добиться своей цели. Или же не своей, но это было не так уж и важно, это была не та тема, на которую ему хотелось пообщаться с Анной. Он отпустил её одной рукой, перехватив запястья другой рукой, довольно быстро расстегнул кобуру и достал пистолет. Забрать оружие, было ещё одной причиной уложить бедняжку на лопатки, ведь то, что он собирался сделать позже, явно бы не понравилось девушке... После этого Фрост поднялся на ноги и засунул оружие за свой пояс сзади, с насмешкой взглянув на лежащую на полу Ли.
Выпитое чуть ранее виски разогрело в нём аппетит, в голове пронеслась мысль о том, что неплохо было бы оценить, как готовят в ресторане его борделя. Он встал рядом и потянул Анну за руку, помогая подняться.
– Поднимайся, я надеюсь, ты не сильно ударилась, когда я тебя уронил? – теперь его голос приобрёл заботливые интонации, – я проголодался, – когда Анна встала на ноги, Даниэль отпустил её руку и заглянул в глаза с надеждой. – Раз уж мы определились с тем, что ты на всё согласна, не откажи в любезности составить мне компанию за ужином. Ты ведь тоже весь день не ела.
Пока говорил последнее, рука потянулась к голове Анны и всего одним жестом аккуратно поправила волосы, скользнув по тёмной пряди, приводя причёску в нормальное состояние. Потом почти незаметно слегка пальцы коснулись груди в вырезе облегающего и обтягивающего грудь топа, нежно огладив грудь. Нет, это не было приставанием, Дэну просто хотелось ощутить нежность кожи в контрасте с его предыдущими довольно грубыми действиями. Улыбнувшись, он убрал руку от груди, обошёл стол и, взяв пиджак Ли со стула, подал его ей.
– Надевай, – Фрост взглянул на себя и, заметив пятно на рубашке, достал из кармана уже своего пиджака платок и постарался вытереть кровь, чем только сделал пятно ещё больше. Потом вздохнул и надел пиджак на себя, спрятав платок обратно в карман. Край ворота скрыл пятно, хотя и пришлось застегнуться. Всё это время он не поворачивался к Ли спиной, следя за тем, чтобы та не пыталась забрать оружие обратно. Ответ же девушки, на его предложение поужинать, был не так уж и важен. Даниэль хотел поесть, а оставлять Анну в одиночестве, не собирался, как и спешить с реализацией задуманного.
– Дамы идут впереди, – кивнув на дверь, он беззастенчиво улыбнулся и сделал приглашающий жест рукой.

Сколько можно чудить и играть по своим правилам, которые никто не понимает? Зачем это делать и вообще, может быть лучше остановиться? Но останавливаться было уже поздно. По крайней мере, следуя за Анной в ресторан по коридорам, Фрост думал о том, как именно лучше поступить дальше, что сказать и сделать. Он планировал, но хорошего ничего не приходило в голову и, в конце концов, всё произошедшее была импровизация. Когда они вошли в зал, Дэн дал возможность девушке самостоятельно выбрать столик и после этого присел напротив неё. За этот день они второй раз были в ресторане, однако первым разом была лишь короткая экскурсия, и они здесь не задержались. Мужчина был уверен в себе и спокоен, замечая какие перемены происходят с людьми при его появлении. Но всё же Ли заставляла его немного теряться, хотя он и не показывал этого. Просто она была женщиной, которая позабыла, что она женщина, так он считал. И именно об этом он собирался ей напомнить.
Дождавшись пока Анна сделает заказ, Даниэль закурил, разглядывая подошедшую официантку. Очередная симпатичная попка порадовала глаз, в который раз наводя мужчину на мысли о том, что ему действительно здесь нравится. На подколку с солью он только лишь усмехнулся и обратился к растерянно посмотревшей на него девушке, записавшей заказ в небольшой блокнотик.
– Она шутит, – только и сказал он, махнув на Анну рукой, в которой была сигарета, – принесите мне жареного мяса с гарниром, какой-нибудь салат и кофе.
Что именно и какое Дэн не стал уточнять, здесь должны были знать хоть что-то о его вкусах, да и ему самому было интересно, так ли это. Когда официантка поблагодарила за заказ и ушла, мужчина повернул голову к Ли, сидя за столом чуть в пол оборота к ней. Он несколько мгновений молча и задумчиво рассматривал её лицо, а потом просто сказал:
– За что ты меня так ненавидишь? Нет, серьёзно. Твою шутку с кофе я не оценил, как и ты мою с потерей сознания. Можно сказать, что долги оплачены, – невесело усмехнувшись, Дэн затянулся сигаретой, выдохнул дым в сторону и повернулся на стуле корпусом, уложив обе руки на стол. Действительно по душам они ещё не говорили ни разу. Но он не спешил продолжать, просто молча курил некоторое время, глядя на Анну и размышляя.
– Ты совершила ошибку, относясь ко мне, как к своему старому другу, над которым можно шутить. Я же в свою очередь банально не знал о том, что не в твоём характере относиться к людям по-человечески и делать то, о чём тебя просят, если это не является твоей функцией, как главы охраны. – Да, Фрост сказал именно "функцией", причём так, будто сравнивал девушку с бездушным запрограммированным на что-то роботом, который дал сбой при попытке загрузить в него неподходящую программу. Его губы скривила невесёлая улыбка и, подняв руку, он взял ладонь девушки в свою и потянул на себя, положил ту на стол и накрыл своей ладонью. Рука не двигалась, лежала мягко, но не давала забрать ладонь. Он смотрел в её глаза продолжая говорить просто то, что думает. – Ещё одной твоей ошибкой, которую я мог бы назвать профессиональной ошибкой, было то, что ты даже не подумала о том, чтобы изучить меня, хотя и прекрасно знала, что со мной случилось, и о том, что я изменился. И вот вопрос... Что делать с тобой дальше? – он снова затянулся сигаретой и отвлёкся, потушив, наконец, ту в пепельнице, после чего снова поднял на Анну взгляд, в котором был интерес, смешанный с холодным безразличием. Но впрочем, ответ ему нужен был не на этот вопрос, а на следующий.
– Не знаю, какими наши отношения с тобой были раньше, но сейчас настал момент их выяснить. Может быть, расскажешь мне, почему ты относилась ко мне с таким неуважением? Кто я был для тебя? Мне слышалось ранее слово друг, но твоё поведение на дружбу совсем не было похоже, так что хотя бы в этом не нужно меня убеждать. Хотя, я могу допустить это в твоём понимании, с учётом того, что ты просто не умеешь дружить...

Даниэль не торопил Анну с ответом, он не хотел услышать поспешных оправданий или слов, которые могли бы прозвучать с упрёками из-за обиды, которую она вполне могла испытывать из-за него. Конечно, его шуточки были довольно своеобразными, и отрицать мужчина для себя этого не собирался. Но и жалеть о прошлом, было бы тем же самым, что жалеть о том, что ты родился. Что касается Анны, его уверенность в том, что она никуда не денется, зашкаливала на уровне самооценки. А последняя в свете всех произошедших ранее событий, была довольно высока. Да и как себя чувствовать ещё, если совсем недавно пропащему человеку, который ночевал в заброшенных зданиях, вдруг взяли и вручили деньги и власть? Конечно, хочешь опробовать степени этой власти, её рамки и прочность. Власти, которая по усмотрению Даниэля распространялась на всех, кроме его семьи. Хотя, и тут можно было в некоторых случаях сказать о том, что и в семье он имел определённого вида власть. Впрочем, это было тем, что Фрост смаковал сейчас, пока ожидал ответа, отведя взгляд и разглядывая посетителей с девицами лёгкого и не очень поведения за соседними столиками. Одна из девушек, судя по виду сидевшего с ней молодого мужчины, начинала злить его тем, что говорила ему. Разговор, однако, было не слышно, но клиент сжимал руку в кулак и смотрел на блондиночку так, что невольно можно было бы подумать, что они женатая пара, а та рассказывает своему мужу о своих любовниках. Если бы они не находились там, где находились, Даниэль так бы и подумал. Созерцание начинающейся ссоры прервала официантка, принесшая пока не весь заказ, а только лишь кофе Фросту. Мужчина взял чашечку и взглянул на Анну, отмечая, что разговор пока не клеится, ведь девушка молчит, оттягивая время и делая вид, что у неё просто рот занят.
"Интересно, а если я извинюсь и попрошу меня простить, что она сделает? По крайней мере, для неё это могло бы быть неожиданно", – усмехнувшись своим мыслям, Дэн снова отвёл взгляд к созерцаемому ранее столику. Он бы мог попросить прощения, даже пафосно встать на колени, если бы того потребовала ситуация. Самооценка никак не влияла на его гордость. По сути, гордости как таковой у него банально не было, по крайней мере, в этом случае, что делало его ещё более непредсказуемым. Конечно, просить прощения это одно, но и Анна была не права со своей стороны, а потому и хотел он от неё равно того же, как минимум. Все эти игры, снятие с неё ранга главы охраны и планировка переквалификации в шлюху... Было забавно. И можно было ещё надавить. Пойти дальше. Вопрос был лишь в том, когда остановиться.
Мужчина за столиком разжал кулак и поднял руку, замахнувшись на девушку, но совесть, видимо, ему не позволила её ударить. Блондинка в свою очередь закрыла лицо руками.
"Не удивительно, что ему осмелились говорить что-то неприятное", – эта сценка перестала быть интересной Даниэлю, и он снова вернул взгляд Ли, надо сказать вовремя, потому что она заговорила.
Слушая её, Фрост не перебивал и неторопливо пил остывший кофе, с интересом следя за её жестами и мимикой. Слова не цепляли, даже не сказали ничего интересного Дэну, хотя, он так надеялся услышать от неё что-то, что могло бы его заинтересовать...
- А мне есть, за что ТЕБЯ уважать?
Взгляд стал изумлённым. Он искренне удивился такой подаче и даже чуть улыбнулся после того, как первая степень удивления прошла. Мягко так улыбнулся, как маленькой девочке, обидевшейся на родителя. Да и мысли его ушли не далеко от этой улыбки.
"Господи... Вроде бы взрослая женщина, а ведёт себя, как ребёнок".
Дослушав до конца, вместе с тем, как допил кофе в ожидании затянувшегося приготовления ужина, мужчина сделал несколько выводов для себя. Под конец её слов он кивнул, подтверждая, что знает, что такое дружба. По крайней мере, он представлял себе, какой она должна быть на самом деле, но в эти рамки вовсе не попадало "солёное кофе". Размышляя, Дэн закурил сигарету, отставив пустую чашечку на край стола.
"Анна просто обиделась. Обида так и сквозила в каждом её слове. И противоречит она сама себе очень сильно. Как же можно относиться так к тому, кто был её любимым другом, даже если он стал другим человеком? Я ведь всего лишь болен, но могу всё вспомнить и стать прежним. А для Анны будет уже всё потеряно... Это печально, даже если я и не стану прежним, но всё равно всё вспомню".
– Почему же ты, дорогая моя Анна, плакала, когда думала, что я мёртв? – Даниэль склонил голову на бок, разглядывая её, но спустя пару секунд вздрогнул от неожиданности, когда внезапно возле него в поле зрения попал поднос с заказанным ужином, который тут же стали расставлять на столе. Он дождался, пока официантка отойдёт от них и продолжил, – и если для тебя была унижением моя просьба принести кофе, при рабыне или нет – лично для меня не имеет никакого значения – то зачем тогда ты пошла за ним? Почему не отказалась? Ты говоришь, что не играешь в игры, но твоя жалкая месть с солёным кофе за совсем невинную мою просьбу была совсем не равноценной. И ты ещё говоришь, что ты взрослая девочка... – губы Дэна изогнулись в недоверчивой ухмылке, а сам он подвинул ближе к себе тарелку и отправил в рот кусочек жареного мяса, спокойно пережевав и после указав на неё вилкой. – Как по мне, так подсыпать соли – это самое что ни есть ребячество – поступок ребёнка, но никак не взрослой женщины, которая посчитала унижением такую мелочь. Мне и в голову не приходило, что данным я мог унизить тебя. И, в конце концов, если раскладывать по полочкам все точки столкновения, то раз уж мы определились с тем, что ты не хочешь идти со мной на контакт, да и знать меня не желаешь...
Даниэль Фрост вздохнул, почему-то у него отбилось всё желание возиться с ней и в чём-то её переубеждать. Он посмотрел ей в глаза так же холодно и безразлично, как некоторое время ранее, и просто сказал:
– Пошла вон отсюда. И не попадайся мне на глаза.