Прошло три дня со встречи Жени и Грейс, три дня с их прекрасного страстного безумия. Три дня это много или мало? Нет однозначного ответа, для кого как. Для Жени все эти дни слились в один бесконечный день, который никак не может закончиться. Чувство времени потеряно напрочь. День перетекал в вечер, вечер плавно перетекал в ночь, времена суток сменяли друг друга, но это как-то проходило мимо Жени, ведь он был потерян глубоко в своих мыслях. Загадочное состояние, невозможно определить, что именно чувствуешь и от этого такое странное, но приятное волнение. Перед глазами постоянно всплывали картины с того вечера, их вечера с Грейс. Слишком живо и реально. И от подобных картин уже начинало бросать в жар, и сложно было думать о чем-то другом, что-то делать и куда-то идти. Голова в некоторые моменты готова была взорваться. Иногда хотелось резко все бросить и срочно пойти в “Санта-Маринеллу”, чтобы встретиться с Грейс. И вот он уже почти поддавался внезапным порывам, почти срывался с места, но потом останавливался. Его останавливали мысли о том, что же будет, когда он увидит девушку вновь. Он точно чувствовал тогда, что все происходящее это нечто особенное и для него и для нее. Но коварные мысли расползались в голове как паутина и не давали покоя.
Тогда все слишком быстро закончилось, даже оборвалось. В тот момент он еще не осознавал, что сейчас уйдет и все. Просто все. Слишком непонятно. Что будет после всего этого и будет ли? Тогда не осознавал и был слишком опьянен, чтобы думать о том, что произойдет после. Слишком опьянен для каких-то слов. Он помнил лишь их странные взгляды с Грейс, их полуулыбки и Кроули, которого он, кажется, успел возненавидеть в тот момент, когда тот стоял в дверях и как пристально и молча наблюдал. Если раньше ему было плевать на Кроули, то сейчас нет. Его разрывало от одной мысли, что Грейс принадлежит этому типу и что она должна выполнять любую его прихоть. Женя увидел взгляд Мэттью, как тот смотрел на Грейс… но надо было уйти и оставить ее с ним. А что еще? Что он мог сделать? Да и кто он вообще? И то разгоряченное и опьяненное состояние не давало возможности думать или что-то решить. Но позже, осознание всего и мысли устроили в голове невообразимое сумасшествие. Что происходит? Что происходит с ним? В его голове? Почему он никак не может найти себе места?
Он уже не мог ждать, не мог сопротивляться, поэтому наконец-то поборол паутину странностей в голове и пришел в бордель. Не знал, зачем именно он идет и чего ожидает. Но это необходимость. И слишком сильное желание.
Слишком многолюдно сегодня. Музыка, пьяный смех, обрывки разговоров и постоянные пошлые фразочки от посетителей в адрес девушек, которых они себе заказали. Женя проходит через всех этих людей, столики, смотрит, где же можно спокойно сесть. Занято, везде занято, у танцпола тоже нет свободных мест. Да черт возьми, сегодня какая-то акция что ли или Кроули решил позвать всех своих друзей?
Взгляд на танцпол – ее там нет. Он не понимал хорошо или плохо, то, что Грейс не на танцполе. Внутри чувствуется напряжение. Но тут он видит свободный столик, подходит и уже отодвигает стул, чтобы сесть, как вдруг останавливается. За соседним столиком он видит Грейс. Взгляд устремлен на нее, а в горле словно застрял ком. Секундное замешательство. Затем взгляду открывается Кроули и еще пара людей, которые сидят вместе с ними. Остается лишь быстро сесть за свой столик, что он и сделал. Ну и ситуация. От этого всего возникает странная улыбка на лице.Если он и так не понимал что ему делать, то сейчас не понимает еще больше. Все оказалось слишком сложным. Остается лишь сидеть и наблюдать. Ждать развития событий, ждать подходящего момента для… да он не знал для чего именно. Совсем немного времени прошло, как он сел за столик, но уже стало невыносимо тяжело, что лишь смотришь на нее, а прикоснуться не можешь. Он увидел ее и понял, зачем он все же пришел в бордель снова – чтобы прикоснуться к Грейс.

Хаос и какое-то странное приятное безумие целиком и полностью захватили голову, кажется, что заполонили собой все внутри. Поэтому Женя в этот момент не мог думать хоть немного адекватно, вообще не мог как-то думать. Разум с бешеной скоростью начал разряжаться с того момента, как глаза увидели Грейс. И стук сердца становился сильнее, казалось, что усиливающееся сердцебиение как раз и разряжает хоть разум. На последнем издыхании разум посылает какие-то умирающие сигналы и разряжается больше. Глаза и сердце прекрасно взаимодействуют друг с другом, они замечательные убийцы разума. Жестокие убийцы, которые абсолютно не думают о последствиях. Взаимодействие действует на каком-то запредельном космическом уровне. Глаза смотрят на Грейс, сердце же чувствует это и начинает биться чаще, от этого всему телу становится жарко. А в горле продолжает стоять ком, который не позволяет нормально дышать. Окончательная смерть разума наступила в момент, когда девушка улыбнулась ему. Так же, как тогда, в тот вечер. Предсмертные судороги и конвульсии разума, затем его разрывает на мелкие части. Убийцы постарались на славу, хотя они вовсе не коварны, может, даже и не хотели подобного исхода, однако исход оказался таким, какой он есть. Что ж, теперь всем заправляют лишь эмоции. А что из этого выйдет неизвестно. Слишком все непредсказуемо может сложиться, без разума то. Если бы Женя сам еще понимал, что с ним творится. Он не помнил, чтобы с ним происходило что-то похожее. Чтобы внутри все настолько бурлило от сильных чувств… этого тоже не помнил. Он всегда воспринимал все очень эмоционально, но чтобы настолько сильно. Такое в первый раз. Это казалось даже сильнее, чем просто безумное желание обладать девушкой. Что-то за гранью возможного. То, чему он не мог дать определение, пока не мог. Увидев пристальный взгляд Грейс на себе и ее улыбку – и не осталось никаких непонятных мыслей, которые сжирали его все три долгие дня.
Но кроме них двоих есть чертов внешний мир, чертовы люди, чертов Кроули. Вот Кроули особенно, он ведь, увидев Женю обхватил девушку за плечо, затем спускался ниже и вот он поглаживает ногу Грейс, колено, бедро. И если бы это были проявления каких-то чувств к Грейс… но нет же, все действия лишь для того, чтобы показать, что она принадлежит ему, чтобы задеть и чтобы вызвать реакцию. Женя это прекрасно понимал, и любой другой человек поймет это по действиям Кроули. Да и его друзья явно понимали, что происходит что-то интересное. Но Женя не мог оставаться спокойным и не реагировать никак, он понимал, что ему неприятно смотреть, как этот тип дотрагивается до нее, как обращается с ней. Он пытался отвести взгляд в сторону, смотреть в потолок, в меню, которое лежало на столике, но ничего не получалось – все равно он постоянно возвращался взглядом к тому столику. Его движения стали каким-то даже нервными, ибо меню он небрежно откидывает обратно на столик, руки скрещивает на груди. Не получается не выдавать себя. Кроули добился того, чего хотел. Ну и плевать на него.
Мимо столика проходит официант, Женя очень внезапно останавливает его рукой, чуть не сбив с ног. Официант явно шокирован. А Женя не торопится что-то говорить и заказывать. Затем официант очень аккуратно спрашивает, - Будете что-то заказывать?
Неплохо бы конечно заказать карету, которая увозит в далекие дали, но пока рано. Поэтому… - Принеси коньяка, - сурово отвечает ему Женя. Официанту ничего не остается делать, как соглашаться и идти выполнять заказ. Коньяк теперь имеет особое значение, поэтому он заказал именно этот напиток. Запах коньяка на коже Грейс, на ее волосах, вкус на ее губах … яркие и вкусные воспоминания.
Столик, где сидит Грейс достаточно близко, поэтому, даже непроизвольно слышишь все фразы очень отчетливо. - Меня зовут Виолетта.- слышит он, как девушка представляется друзьям Кроули. Момент непонимания. Он поднимает взгляд и встречается глазами с девушкой. Его взгляд полон удивления. Хотя чего он хотел? Ведь тут девушки каждому называют разные имена. Во всяком случае, так было с другими. Но тогда… в тот момент, в их с Грейс момент, тогда все было таким настоящим, что не могло быть какого-то ложного имени. Ведь не могло? Но теперь Виолетта. Он не может поверить в то, что мог ошибаться и то, что опьянение эмоциями обмануло его. Пока он не знал, что думать. Без разума то тяжело. Взгляд его спрашивал “Что тут происходит?”. Необходимо было выпить, а то просто так сидеть становилось все сложнее и сложнее.

Что лучше всего делать в подобной ситуации? Когда тобой движут лишь слишком сильные эмоции, абсолютно лишенные разума. Расслабиться, просто сидеть и наблюдать? Расслабиться никак нельзя. Какое там расслабление, тут нервы берут власть над всеми движениями и действиями. Даже руки уже мешаются… куда их деть? Сложить на груди, положить на стол или положить в карманы. Или может на время отрезать? Нет, плохой вариант. Нужно ведь попытаться взять себя в руки. Хотя Женя хочет взять не себя в руки, а Грейс. Вот видимо руки и не могут найти себе покоя, ибо так и тянутся в сторону девушки. До безумия хотелось прикоснуться к ней, обнять и притянуть к себе. Воспоминания яркие и сильные, до того сильные, что пальцы помнят ощущение гладкой кожи девушки. Как проходили по изгибам ее тела, по шее, груди, талии, обхватывали за ее спину… Но на то это и воспоминания, чтобы разбиваться об реальность. Конечно, воспоминания можно включить в голове в любой момент, но они недолговечны.
Сложно контролировать себя и думать о чем-то. Хотя в голове сейчас крутится имя Виолетта и много вопросов над этим именем.
Женя пытается хоть иногда переводить взгляд на что-то другое, а то выглядит странно, что он так во все глаза наблюдает за столиком Грейс. Но взгляд на что-то другое получается полностью отсутствующим, потому что неважно, что происходит там, вокруг, важно, что происходит за соседним столиком. Нет абсолютно никакого плана действий, чувствуется, что дальше пойдет одна сплошная импровизация. Что для Жени очень характерно, он любил импровизации. Так ведь интереснее. А пока есть возможность видеть Грейс, это уже хорошо. Ведь те три дня без нее оказались слишком суровыми. Ощущалась явная ломка. Теперь наслаждаться, хотя бы взглядом… пока лишь взглядом.
Он слышит, как представляются друзья Кроули. И ему было бы абсолютно плевать на этих друзей, если бы не то, что происходит после. Он не сразу успевает все понять, видит, как Грейс указывает на него. На него, на Женю. Именно на него, ведь рядом больше никого нет. Еще и представляет его как старого знакомого. Называя по имени. Если бы Женя в данный момент пил коньяк, он, скорее всего, поперхнулся бы им от неожиданности. Вновь коварная провокация. Их провокации. Как же он скучал по этому. Он улыбается. В нем просыпается азарт. А еще он в очередной раз восхищен тем, что делает Грейс. Далеко не каждый сможет поступить так, как поступает она, зная о том, как могут возникнуть последствия. И Женя с радостью принимает и продолжает развивать провокационные действия. Он встает со стула и подходит к соседнему столику, слегка улыбаясь. Пусть друзья Кроули думают, что это некая вежливая приветливая улыбка, но на самом деле это улыбка для Грейс, она должна понять это. Одной рукой он опирается о край стола, при этом как бы случайно касаясь руки Грейс. Затем протягивает руку для рукопожатия друзьям Кроули, которые, не зная всей ситуации, пожимают руку в ответ.
- Будем знакомы, - говорит он им, затем добавляет, - хороший вечер сегодня, не правда ли? – Жене бы очень хотелось рассмеяться, но он сдерживается, чтобы не так явно выдать всего себя. Ему нравится играть в эту игру, тем более, таким образом, он может быть ближе к Грейс и даже слегка касаться ее руки, хотя бы на эти мгновения. Ценные мгновения.
Он достает из кармана сигареты, берет одну и обращается к другу Кроули – Ричи. – Можно воспользоваться вашей зажигалкой? А то моя таинственным образом исчезла, - он даже слегка пожимает плечами, а взгляд переводит на Грейс, как бы случайно. Но на самом деле вовсе не случайно, его зажигалка ведь и правда осталась в той комнате, в их комнате. Осталась где-то на полу, в осколках, коньяке и следах крови. И Грейс обязательно поймет его взгляд. Он чувствует это.

Азартным людям, которые любят острые ощущения, невозможно погасить в себе разгорающийся ярким пламенем азарт. Который будет лишь усиливаться, пока не доведет все до кульминации. Вот и у Жени так. Происходит даже некий выброс адреналина в кровь, словно несешься на машине с бешеной скоростью по пустым дорогам, затерянным посреди бескрайних полей и лесов. Ветер дует в лицо, картинки природы смешиваются воедино и проносятся слишком быстро. Но этого недостаточно, хочется еще больше скорости. Азарт не отпускает. Разгоняешься быстрее и быстрее. Позже становится понятно, что тормоза неисправны или же вообще не предусмотрены. Без тормозов. Совсем без. А впереди огромный обрыв, бесконечный. Ныряешь туда, как в глубокий океан. Нет страха, только свобода и свободный полет. Так и они с Грейс, кажется, начинают разгоняться все быстрее и быстрее, чтобы отправиться в свой свободный полет. И даже если внезапно тормоза напомнят о себе, то Женя и Грейс скажут – Да к черту их. Посмеются и выкинут их куда подальше. Все эти случайные легкие прикосновения, взгляды, все это казалось таким запретным. Но ведь запретное лишь усиливает и азарт и желание. Электрические разряды их прикосновений начинают слегка искриться, ибо готовятся взорваться яркими вспышками фейерверков.
Женю полностью захватывает вся эта ситуация. К тому же, как оказались интересны все персонажи. Они ведь сами того, не понимая, присоединяются к игре, которую начали Женя и Грейс. Точнее только Донна оживилась. Ее взгляды и интонации в голосе сначала несколько настораживали. Женя смотрит на нее с удивленным прищуром, пытается понять, что происходит и чего хочет эта женщина. А на Ричи посмотришь и невозможно ему не посочувствовать. Хоть он и молчит, но выражение его лица выражает многое. Видно как его все достало. Вот так и хочется сказать ему “Расслабься, братюнь”, угостить его пивом и хоть на вечер избавить от жены, отправив ее, скажем, на мужской стриптиз. От жены ведь? Ну, она же не его мама? Хотя разница в возрасте явно проглядывает, как бы не старалась это скрыть женщина. Ну а Кроули явно пытался вселить страх в окружающих своим суровым видом и молчанием. Но Женя вот вообще ведет себя так, словно Кроули здесь нет.
Да, он знал, что его упоминание о потерянной зажигалке не оставит равнодушной Грейс. Хоть она и молчит. Но в мимолетном взгляде читаешь намного лучше и в едва уловимом прикосновении чувствуешь ее эмоции. Он слегка улыбается.
Уже оказалось неудивительным, что Донна решила прийти на помощь Жене. Он хоть и продолжает смотреть на нее с легким удивленным прищуром, но уже понимает, что эта женщина явно положила на него глаз. Тут уже дело не ограничивается интонациями и взглядами, ибо она явно не случайно быстро проводит рукой по его пальцам, когда передает зажигалку. Ладно, уже не следует ничему удивляться. Хотя Женя переводит быстрый взгляд на Грейс, как бы спрашивая “Что тут происходит?”, затем уже обращается к Донне, которая отлично вписалась в театр абсурда, который творили здесь Евгений с Грейс.
- Да вы просто спасли меня, Донна, - говорит он, зажигая сигарету и затем прикуривая. Да, он продолжает играть и говорить эти странные абсурдные фразы. Самому ему хотелось бы рассмеяться. Донна ведь явно и открыто заигрывает с незнакомым мужчиной на глазах у мужа, который явно привык к этим проделкам и хоть его все бесит, но ничего не остается делать, как просто смиренно молчать. Та еще комедийная парочка.
- С радостью поделюсь, - разделю с тобой и поделюсь любым огоньком. Он хотел бы поделиться с Грейс огнем, который пылает внутри него. Разделить его с ней. Но пускай огонек сигареты станет проводником для их внутреннего огня. Он наклоняется к ней ближе. И тут время замедляется, и посторонние звуки заглушаются. Момент только для них двоих. Он подносит ладони к сигарете. Так близко от ее лица, стоит лишь протянуть руку… Щелкает зажигалку, один раз, два раза, казалось пальцы не хотят его слушаться. Тем самым, замедляя время еще больше. Девушка слишком близко, поэтому он вновь теряет контроль. С какого-то там раза зажигается огонек, Женя аккуратно подносит его к сигарете Грейс. Огонек медленно расползается по краю сигареты. Хоть на мгновение, но можно пристально посмотреть на девушку, совсем близко. И обменяться невидимыми для других улыбками. Пусть она почувствует его внутренний огонь.
В реальность его возвращает голос официанта, который принес ему коньяк. Женя просит налить коньяк в бокал, а бутылку поставить на его столик.
- А давайте выпьем, - внезапно произносит он. Вошел в кураж и не может остановиться. – За знакомство, - он кивает Донне, которая расплывается в улыбках, и Ричи, который явно ненавидит Женю все больше и больше, но обреченно молчит, - и за прекрасное продолжение знакомства, - кивок для сурового Кроули и загадочная улыбка “с намеком” для Грейс.

Мог ли Женя ожидать, что вечер начнет развиваться таким вот образом? Все закрутится и завертится в быстром ритме, понесется в самые глубокие дебри импровизаций. Делать, что хочешь, и говорить, что хочешь в такой компании-даже удивительно. Вопрос в том, долго ли продлится это все? Женя то с каждым мгновением чувствует себя все увереннее, поведение готово стать более развязным. Дело может закончиться тем, что он сотворит какую-нибудь уж слишком безумную выходку. Он может. Особенно если поймал кураж и уже не может остановиться. Они с Грейс явно не могли остановиться и уже почти плевали на все и на всех, ибо взгляды стали уже не быстрыми и как бы случайными, а открытыми и жадными. Любой, кто сидит за этим столом, явно это заметил и даже уже не один раз. Толькой слепой бы не увидел. Опасно творить такое при Кроули, но Женя и Грейс пытаются вдоволь насладиться друг другом… взглядами. Подсознательно они же понимают, что рано или поздно злость, которая копится в человеке, сидящем рядом с Грейс, вырвется наружу и произойдет взрыв. Поэтому они лишь дорожат каждой секундой. Для них время, которое они могут провести относительно рядом друг с другом – это несметные сокровища, самые дорогие на свете. Так и зачем растрачивать его просто так, когда в скором времени злой гоблин попытается отнять все.
- Я могу не только так вас спасти, – со своей странной интонацией произносит Донна, да еще и облизывает губы. Что на это сказать? Он делает затяжку, выпускает дым. Ему и странно и смешно. Нет, ну она действительно все это серьезно говорит? Может у них шутки такие с мужем? Может, дурачатся над незнакомыми людьми ради развлечения? Но суровый взгляд Ричи на жену сразу же исключает версию шуток. Женя пытается сделать серьезный и заинтересованный вид, получается странно. – Я тааааак заинтригован этим, - произносит он с явно наигранной интонацией. А многие то подумают, что Женя действительно заинтригован, ибо у него получаются правдивые интонации, неважно, что несколько театральные.
Когда Женя произнес свое внезапное предложение о том, чтобы выпить и предложил тост, то Грейс рассмеялась. Так искренне и живо. До чего прекрасный момент, до чего прекрасна она. Женя сам готов смеяться. Вместе с ней. Ведь их нереальное взаимодействие продолжает раскрываться, раскрывается лепесток за лепестком. Грейс ведь все понимала, все его фразы и интонации, его поведение. И они способны творить свой прекрасный театр абсурда для всего мира, ведь первое их выступление сегодня удается на славу.
- А, может быть, за новые свершения? – произносит девушка и Женя улыбается ей. И уже собирается поддержать тост, как тут официант каким-то образом умудряется подать Грейс бокал так, что ножка его ломается, а содержание выливается на платье девушки. А бокал падает и разбивается. Все на мгновение замерли. Официант, кажется, так вообще испугался до безумия, Донна тоже пугается, издавая странные звуки. Грейс встает с места, она явно собиралась уйти, а то неприятно же сидеть в мокром платье. Но тут голос подает Кроули. Вот и вырывается наружу, накопившаяся за вечер злость.
- Неужели ты думала, что я взял тебя с тобой просто так?  Зачем менять платье, когда тебе надо раздеться при нас? Здесь и сейчас. – Женя не хочет слышать то, что слышит. Не хочет верить своим ушам. До этого момента он, кажется, не совсем понимал, насколько они разозлили Кроули. Немая сцена. Все замерли. Он смотрит на Грейс и его внутри просто разрывает на части. Хотелось что-то сделать, как-то изменить ситуацию. Что-то сделать с Кроули, да хоть просто врезать. Но он понимает, что любым своим действием теперь он сделает только хуже. Прежде всего Грейс. Остается лишь сдержать себя, из последних сил сдержать. Чертов официант, который одним лишь неловким движением руки выпустил наружу весь негатив Кроули. Все рушится на глазах, как тот злосчастный бокал, от которого остались лишь осколки на полу.
Слишком хорошо чувствуется запах коньяка. Грейс облита коньяком, ее платье, кожа… облита коньяком вновь, как тогда. Воспоминания смешиваются с горькой реальностью. Слишком уж быстрая перемена во всем. Та самая машина без тормозов несется по дороге, но впереди ей преграждает путь огромный рогатый олень, который умудряется остановить машину. А обрыв и свободный полет остались впереди.
Сигарета в руке была благополучно забыта, как и многие другие мелочи и ее горячий пепел даже слегка обжигает руку. А Кроули продолжает негодовать. Женя не удивился, что гнев вылился на него, он ведь ждал этого с самого начала. Все понятно, но “пьяный мужик”?! С чего Кроули взял, что Женя пьян? Он ведь даже коньяк выпить не успел. Но ладно уж, его опьянение без алкоголя раскусили. Кроули хозяин борделя, а значит, он запросто может закрыть сюда вход для Жени. Если это произойдет, то неизвестно сможет ли он еще когда-нибудь увидеть Грейс. Нельзя рисковать. Пусть он сможет хотя бы приходить сюда и смотреть на нее. Хоть так. Он еле сдерживает себя, чтобы не сказать что-то резкое.
- Ты ошибаешься, я трезв как никогда, - говорит он Кроули и слегка усмехается. Прямо о стол тушит сигарету и кидает ее в пепельницу. Быстрое и мимолетное касание руки Грейс, взгляд на нее, который словно говорит “прости, что я ничего не могу сделать”. Он не хочет чтобы становилось хуже. Хотя куда уже хуже, чем то, что творит Мэттью.
Вновь необходимо сделать усилие над собой, заставить оторвать взгляд от девушки и на ватных ногах уйти к своему столику. Он так и делает. Садится за свой столик. Состояние такое, словно на него вылили ведро холодной воды, поэтому он разом осушает свой бокал с коньяком. А что еще остается делать… вновь наблюдать лишь со стороны, запивая свою горечь.

Чистая правда была о том, что Женя сейчас трезв как никогда. Казалось, что отрезвили даже его обычное состояние, которое почти всегда настроено на позитивный лад. Не воспринимать все слишком близко к сердцу и искать положительное во всем – так он обычно и делал. А что сейчас? Внутри все переворачивалось, готово было взорваться. С трудом он сдерживал в себе эти порывы. Ведь он всегда делал и говорил то, что чувствует. Возможно, даже слишком открыто, что казалось иногда резковатым. Но зато честно. И лучше для себя же. А еще как назло всплывают эпизоды из прошлой жизни, ибо тогда тоже приходилось держать все в себе и молчать. Разбивать руки в кровь, но молчать. Не сделать и не сказать ничего лишнего. Но тогда, он просто не понимал и не знал другой жизни, не знал, что можно как-то иначе. Теперь намного сложнее. Но сейчас он делает это не для себя. Если бы он знал, что плохие последствия коснутся только его, то уже давно сделал бы и сказал все, что хотел. Но Кроули жесток, а еще наблюдателен. Любая выходка Жени, и он придумает очередное наказание для Грейс. Безвыходный и замкнутый круг. Женя и так уже натворил дел, за которые расплачивается Грейс. Возможно, лучшим вариантом сейчас было бы  встать и уйти, чтобы случайно не натворить что-нибудь еще. И чтобы хоть немного успокоить внутреннюю тряску. Ведь пока он здесь, то внутренне состояние будет лишь усиливаться. Но нет, Женя не такой и даже не думает о том, что ему надо уйти. Сейчас он хотя бы может смотреть на Грейс. Неужели время вернулось назад? Ведь и раньше он приходил сюда и только лишь смотрел на девушку, имя которой даже не знал. Но даже если время вернулось назад, то все остальное перевернулось с ног на голову. Изменилось слишком многое. И так тяжело просто смотреть на нее… со стороны. Но он смотрит, как самый последний мазохист продолжает смотреть.
Вертит в руке свой бокал с коньяком и краем уха слышит - Я давно мечтал о стриптизе, - и затем - Да, у вас тут много красивых девушек, - Ричи и Донна. Та комическая парочка. Только и след простыл от их комических образов. Все исказилось, как в кривом зеркале, которое показывает всю уродливую сущность. А Женя смеется. Странный смех лишь для себя. Выброс наружу хоть каких-то эмоций. Голова начинает играть с ним в странные игры, которые начинают сводить с ума.
Он встречается взглядом с Грейс. Но от ее взгляда холод пробегает по всему телу, потому что на него смотрит другая Грейс. Она изменилась за мгновения, и лишь равнодушие в ее глазах. К нему и ко всему остальному. И он бы понял, почему происходит именно так, но только не в данный момент. Слишком взвинченное состояние, чтобы понимать хоть что-то. Он выпивает еще, пытаясь тем самым создать ложное тепло внутри и прогнать слишком суровую трезвость. Напиться и все забыть? Нет, не выйдет. Сколько не пей, не забудешь.
Женя словно намертво привязал себя к стулу невидимыми веревками, только бы не уйти. Слишком много разных чувств боролись внутри него. Но он не уходит. Тем более теперь, ведь начинает играть музыка. Девушка движется плавно и легко, распускает волосы, расстегивает платье, прикасается к Кроули… Но Женя стирает Кроули и всех окружающих, кто попал в поле зрения. Вокруг Грейс черно-белые люди и их контуры почти стерты и размыты. Только лишь она выделяется своей яркостью, ее видно отчетливо. Воображение легко стирает ненужное, как ластик стирает штрихи карандашей на бумаге. И пусть все обманчиво. Уже все равно.
Но реальность очень резко становится прежней и выводит Женю из его странного дурманного состояния, в которое он погрузился, пока наблюдал за танцем Грейс.
- Давно не виделись, красавчик, - совершенно внезапно произносит знакомый женский голос над ухом, и чьи-то руки опускаются на плечи.

Женя ненавидел себя за свою беспомощность. Это казалось одним из самых ужасных, что могло с ним произойти. Словно обездвижили и лишили голоса, когда не можешь сделать вообще ничего. Лишь смотреть. Беззвучно кричать и только взглядом передавать какие-то эмоции. Биться головой об стол или другую твердую поверхность, чувствуя физическую боль, чтобы хоть на мгновение приглушить бурю внутри, которая сводит с ума. Но ты связан по рукам и ногам, поэтому продолжай сидеть, смотреть и пусть тебя рвет на части. Ты ведь сам виноват, в том, что случилось. Поэтому смирись и наслаждайся своим больным сумасшествием. Или уходи, но тогда ты будешь ненавидеть себя еще больше. Внутренний голос разговаривал слишком громко. Да, Женя, конечно, мог бы повести себя иначе, быть сдержанным и подумать о последствиях, которые могут произойти из-за его действий. Но ведь это был бы уже не Женя. Он не составлял в уме никакие планы действий, он импровизировал. И он ни о чем не жалел. Он бы так весь вечер мог просидеть за столиком и смотреть на Грейс со стороны, но чудесным образом представилась возможность подойти, даже слегка прикоснуться, посмотреть в глаза. Он никогда бы не упустил эту возможность. Да, те минуты рядом с ней определенно стоили многого. Даже той ломки, которая рвет сейчас внутри. Он понимал, какой Кроули человек, он прекрасно чувствовал на себе всю его ненависть, с самого начала, как только подошел к их столику. Но это придало лишь уверенности, подзадорило. И пусть сейчас Кроули чувствует себя хозяином, победителем, пусть убеждает себя в этих ложных ощущениях, на самом то деле все уже иначе, просто необходимо еще немного времени, чтобы все увидели настоящую реальность.
Голос над ухом казался чем-то совсем нереальным, ведь было ощущение, что Женя отгорожен от всего внешнего мира. Но это оказалось его иллюзией. А вот голос реален, и голос вовсе не тот, что говорит внутри. Он оборачивается. Перед ним девушка, брюнетка, танцовщица из этого клуба, его давняя знакомая, возможно даже больше чем знакомая. Можно сказать и друг. Начиналось все как обычно, Женя провел с ней ночь. Затем еще несколько. Что обычно не в его правилах, ибо он не хотел ни к кому привязываться. Но тут совсем иной случай. Ночи остались в прошлом, но появилось что-то похожее на дружбу. Они часто просто разговаривали, выпивали, ну и она танцевала для него, все же это ее работа.
- Изабелла! Какая неожиданная встреча, - странным голосом произносит Женя, ведь сложно придать голосу нормальную непринужденную интонацию, когда внутри творится стихийное бедствие. Девушка встает перед ним, внимательно смотрит и слегка улыбается. – Зачем так официально? Мы же не первый день знакомы, - девушка, конечно, имела в виду свое имя.  Для друзей она всегда была просто Изой или Изи. – И ничего неожиданного нет, я ведь работаю тут, если ты не забыл, - продолжает говорить она. А Женя тем временем переводит взгляд на Грейс, которая пьет коньяк, а затем кружится на столике вокруг шеста, уже без платья. Взгляд невозможно оторвать. И может просто создать временную иллюзию, что она танцует для него? Просто чтобы обмануться, и насладиться моментом. Но все обрывается. Стремительно и резко. - Я тебе нравлюсь? – он слышит слова Грейс, которые обращены к Кроули. Внутри все оборвалось и летит в черную бездонную пропасть. В который раз он не может поверить своим ушам. Может, это обманчивые голоса пытаются издеваться над ним, может, ему послышалось? Но Грейс повторяет вновь - Нравлюсь? – это было слишком жестоко. Ведь он детально помнил то, как она задавала ему тот же вопрос, первое, что она сказала ему тогда, прижимая к стене. Непонимающий взгляд спрашивал “Почему?”. В любой другой ситуации он прекрасно понял бы почему, но только не сейчас. Он горько усмехается.
- Да ты меня совсем не слышишь. Эй! – Изабелла щелкнула пальцами у его лица. – Да что с тобой? Ты так напряжен… - продолжает она и пристально смотрит на мужчину. Затем чуть двигает стул и садится за его столик. – Просто тяжелый день, - Женя пожимает плечами, пытаясь сделать вид “ну со всеми бывает”. А что ему еще сказать? И кто бы только знал, как тяжело говорить хоть что-то. Иза прекрасно видит его взгляд. Смотрит то в сторону столика Грейс, то на Женю. – Оооо.. – затем произносит почти шепотом. Черт бы побрал проницательность Изабеллы. – Угостишь меня? Только я, пожалуй, начну с вина… - Женя утвердительно кивает ей “ну какие проблемы угощу конечно”. Она оборачивается по сторонам и затем зовет – Джаред! Ты мне нужен, - как оказалось Джаред это тот самый официант, который лучше всех умеет ломать стеклянные ножки у бокалов.
Изабелла пришла в нужное время, ведь сидеть тут одному было бы намного тяжелее. Хотя пока он думает иначе, пока не совсем воспринимает все ее слова. А взгляд так и тянется в сторону Грейс, пытаясь улавливать любое ее движение.

Можно ли разумом находиться в двух местах сразу? Женя сейчас пытался это понять. С трудом получается, если только считанные мгновения. Лишь две головы могли бы спасти положение. Одна пыталась бы говорить с Изабеллой, другая смотрела на Грейс и продолжала бы сводить с ума безумными мыслями. Но иллюзорные головы сидели внутри настоящей головы. И что там творилось? Если бы кто-то обладал способностью залезать в головы и читать мысли, и увидел бы, что творится с Женей, то сам сошел бы с ума. Приходилось постоянно вертеть головой, ведь Грейс для него магнит, который так и тянет к себе. И он не может бороться с собой и контролировать это. Хоть его и разрывает на части от горечи, когда он видит, как девушка танцует для Кроули, как задает вопросы, которые ранее принадлежали лишь ему – Жене. Но продолжает смотреть. Продолжает терзать себя. Мерзкие ухмылки Кроули и его слова, была бы возможность, он сорвался бы с места и очень много всего сказал Кроули, ох как много он хотел ему сказать. Но пока не может, ибо привязан невидимой веревкой к стулу. Поэтому остается лишь с силой сжимать бокал в руке, еще немного и казалось, что стекло не выдержит. Руки в кровь. Но пока стекло держится.
Все это время Изабелла, слегка прищурившись, наблюдала за Женей и иногда посматривала в сторону столика Грейс. Создавалось впечатление, что таким образом она читает мысли. Затем чуть наклоняется к Жене и шепотом говорит – И что ты уже успел натворить? – ее взгляд говорил о многом. О да. Она почти уже готова отчитывать Женю за его безрассудства, хотя всей ситуации она не знала, но видимо о чем-то уже догадывалась. И далеко не в первый раз она походила на суровую старшую сестру Жени. Он на секунду закрывает лицо ладонью, ибо даже не знает что сказать. Может она, и правда обладает способностью хотя бы частично читать мысли? И тут внезапно появляется официант. Тот самый. Он пытается улыбаться, но это выходит очень нервно. Ибо ему до сих пор стыдно за то, что он сделал, да и Жени он явно опасался. Изабелла попросила у него вина. – Может что-нибудь еще? – с опаской в голосе спросил он, тяжело ему дается каждое слово, это заметно. – Ты уже сделал все что мог, - несколько сурово отвечает ему Женя. Нет, нельзя сказать, что он ненавидит несчастного официанта. У всех могут сдавать нервы и трястись руки. Но остался очень неприятный осадок, ведь если бы парень не пролил бы на Грейс коньяк… хотя что там говорить и не стоит думать “а вот если бы… то…” Все получилось так и ничего не изменить. Официант Джаред кивает и старается быстрее уйти.
Изабелла же удивлена. – Да он до смерти тебя боится, - говорит она про официанта. – Что тут происходит? И что ты успел натворить? – негодующий тон продолжается. Женя просто уже не знает что ему делать. Совсем не знает. – Нууу.. как тебе сказать, - он странно улыбается, - это долгая история. Правда долгая, - в самом деле, не будет же он рассказывать. Да и не смог он ничего рассказать, сейчас особенно, ведь так сложно разговаривать адекватно. Вновь взгляд на Грейс, которая уже на коленях у Кроули и она что-то шепчет ему, что-то чего Женя слышать не мог. Лучше бы он не видел этого. Внутри все горит и бурлит. Чертова беспомощность. Почему все получилось так? Почему после их общей вселенной, которая до краев была наполнена обжигающей страстью, наступает темный туман, который несет за собой метеоритный дождь. Их вытолкнули силой в открытый космос, прямиком на дождь из метеоритов, которые так и пытаются расшибить голову. Теперь лишь бы не потеряться совсем… в огромном открытом космосе. Женя быстро допивает содержимое в бокале и небрежно отшвыривает на столик.
- Да ты с ума сошел… - шепчет ему Изи. Видимо она, многое смогла прочитать по его взгляду, который был прикован к Грейс. – Я знаю…- отвечает ей Женя. Да, он сошел с ума окончательно. Три дня назад.
И вот на горизонте уже маячит Джаред с подносом в руке, на котором бутылка вина и бокал. Но тут происходит такое, от чего многие присутствующие здесь замрут в немом удивлении, а кто-то в восхищении.
- А чего вы сидите такие? Мне кажется, что если бы вы дали ему, то он был таким унылым говном! – обращается Грейс к Донне и Ричи. Немая сцена. Все взгляды обращены на Грейс. Изабелла смотрит с таким нескрываемым удивлением, которое смешивается с восторгом. Насколько надо быть смелой, чтобы сказать подобное друзьям хозяина борделя. Девушки здесь почти никогда не говорили вот так все в лицо, даже если отвращение к человеку уже зашкаливает. Женя же не может не восхищаться. В очередной раз она поражает его. Он смотрит на нее, слегка улыбается. Вновь не думает о последствиях, которые могут возникнуть. Этот момент слегка замедлил время. И восхищение, и горечь, как же все перемешивается. А официант, который уже почти подошел к столику шокировался фразой Грейс не меньше чем многие здесь и не справился со своим подносом. Бокал падает на пол и рассыпается на кусочки. Своеобразное музыкальное сопровождение к словам Грейс? Женя смеется. Смех несколько нервный. – Прислушайтесь к совету. Обязательно прислушайтесь, - внезапно говорит Женя, утвердительно кивая и указывая пальцем на Донну. И плевать, что произойдет, он не мог не сказать. Хоть таким образом, но попытаться поддержать Грейс.

Напряжение нарастало с каждым мгновением, накаляя до предела воздух, который еще немного и начнет собираться под потолком густыми черными тучами. Назревала сильная гроза, правда гроза не созданная природой, гроза, рожденная из человеческих эмоций. И если отдельно взять каждого человека за этими столиками, то получается невообразимый дикий коктейль. И если какое-то время назад напряжение давило и чуть ли не прижимало к полу, не давая возможность встать и расправить плечи, то сейчас возникла даже некая уверенность в своих словах и действиях, сомнения постепенно исчезали. Он не мог ведь так легко сдаться и просто смотреть на то, как мерзкие людишки втаптывают в грязь все то, что успело стать таким дорогим для Жени. Поэтому вновь набираешь скорость и продолжаешь мчаться без тормозов. Но теперь уже никто не сможет остановить его.
Он знал, что его реплика не останется без внимания и обязательно потянет за собой неприятные последствия, но ему плевать. Это стоило сказать хотя бы ради взгляда и улыбки Грейс, вновь увидеть настоящую Грейс, которую он знал. Это стоило очень многого.
- Да как... как ты смеешь?  Грязная шлюха! – кричит Кроули на Грейс. До чего он предсказуем. Но хоть злость у него настоящая. Ведь в его полностью фальшивый мир врывается живое и настоящее, прорывая насквозь фальшивую паутину. И Мэттью не в состоянии это терпеть. Грейс смеется в лицо Кроули, затем смотрит на него с вызовом и молчит. Ее взгляд говорил о многом.
- Еще какая шлюха! – стремительно подхватила Донна. Как же она хотела высказать свое мнение, хотя на это здесь всем глубоко плевать, даже ее мужу, который внезапно осушает бутылку коньяка и молчит. У каждого свои способы побороть напряжение. И напиться - не самый худший. Кроули же не выдерживает, ярость не может больше скапливаться внутри, поэтому он резко сталкивает Грейс с колен. Девушка падает на пол. И все происходит либо слишкостремительно, либо же Кроули действует слишком быстро, а остальные почему-то оказываются в плену замедленной съемки. Женя ведь почти что срывается с места, чтобы разобраться во всем, чтобы помочь Грейс и поднять ее с пола. Недопустимо поднимать руку на девушку. Но он не успевает ничего сделать.
Изабелла все это время наблюдала за всем молча и явно находилась в шоке от происходящего, а сейчас она ладонями закрыла себе рот и боялась пошевелиться.
Стремительные шаги Мэттью и вот он уже рядом, не ждет чего-то, а сразу же действует.
Сильным ударом кулака бьет Женю в челюсть, затем удар с другой стороны. Невыносимая боль пронизывает все лицо. Настолько сильная, что на время исчезает четкая картинка происходящего, все расплывается, а все звуки заглушаются и становятся похожи на звуки зажеванной кассеты на старом магнитофоне. Он даже не слышит, как вскрикивает Изабелла и чьи-то еще реакции. Кровь начинает литься нескончаемым потоком.  Вкус крови во рту. Лицом пошевелить невозможно, и невозможно понять на месте ли кости. Но Женя сильнее этой физической боли. Он поднимает голову, ладонью вытирая кровь с лица. Правда вытирать бесполезно, она все равно продолжает  литься. От обильного вкуса крови во рту слишком мерзко. Женя поднимается со стула, сплевывает кровь на пол, чтобы была возможность говорить. Боль с новой силой пульсирует во всей голове, но он твердо стоит на ногах и начинает тихо смеяться. Выглядит это жутковато. Ибо лицо в крови и этот нездоровый смех. – Да ты посмотри на себя! – через смех громко обращается Женя к Мэттью. – Ты же так жалок… Кого ты из себя строишь? – продолжает он. Изабелла совсем тихо произносит, смотря на Женю – Не надо… не надо, - потому что она понимает, что Женя сделает дальше и ей страшно, ибо она знает какой человек Кроули. Но она не в силах помешать. Он бы наплевал, если бы Кроули просто его побил, но то, как он обращается с Грейс… этого он вытерпеть никак не может. – Не смей больше с ней так обращаться, - как можно отчетливее выговаривает он каждое слово, затем же все происходит слишком быстро. Он резко хватает Кроули и швыряет его на свой столик. Изабелла вскакивает с места, а Кроули вместе со столиком летит на пол, бокалы и бутылка вина разбиваются вдребезги. Женя ни о чем не жалеет, наоборот он рад, что наконец-то смог это сделать. Он почти не чувствует лица и почему-то ног, от сильного выброса адреналина видимо. Подходит ближе к соседнему столику. – Идите вы к черту, - обращается он к Донне и Ричи. Затем берет чей-то бокал с алкоголем и выливает часть себе на лицо, чтобы немного прижечь раны. Суровые методы. Становится еще больнее, он морщится. Рядом с Изабеллой стоит официант, который боится сдвинуться с места и глаза его полны ужаса. Но на подносе в его руках удачно лежат какие-то салфетки, Женя хватает несколько и вытирает лицо, затем кидает их на столик перед Донной.
Он тяжело дышит, поворачивается к Грейс и протягивает ей руку. – Пойдем со мной, - это даже звучит не как вопрос, а как утверждение. Больше всего ему сейчас хотелось бы увести ее отсюда и пойти… да просто уйти подальше из этого места, подальше от этих людей. И он сейчас слишком взбудоражен, чтобы понимать, что не все так просто и что Кроули сейчас очнется и устроит что-нибудь еще более жесткое.

Голова готова взорваться и разлететься на мелкие кусочки. От боли, которая сдавливает все внутри и пульсирует во всем лице, от безумия, которое охватило, казалось бы, абсолютно всех и от беспомощности. Эта чертова беспомощность убивала напрочь, пыталась лишить всякой надежды. Но из последних сил продолжаешь бороться с ней, не давай ей окутать тебя полностью, чтобы просто сдаться. И если бы помогло, то Женя дальше бы разбивал лицо в кровь, руки в кровь, отдавая себя на растерзание физической боли, но бесполезно ведь. Не поможет. Он теперь никогда не сможет просто так уйти и отступить. Уйти от Грейс и оставить ее с этим ужасным человеком. И он совсем не думал, что вот так просто позовет Грейс и они уйдут. Такую роскошь никто не предоставит. Но главное, продолжать бить в каменную стену всеми силами и когда-нибудь она не устоит, даст трещину, через которую покажутся лучи света.
- Ты думаешь, что это сойдет тебе с рук? Да ты знаешь, кто мы такие? – Донна все никак не может успокоиться, пытаясь вновь всем напомнить о своей важной персоне. Но кому сейчас нужны ее угрозы? Это настолько абсурдно звучит. Но ей этого не понять, ей важна лишь она сама. Женя смотрит на Донну, явно собирается сказать что-то очень красноречивое. Что-то вроде: “Да кому нужны ваши угрозы, бл...” Но потом лишь машет рукой, словно отгоняя назойливую муху. Он даже и не хочет знать “кто же они такие” и никогда не сможет понять этих людей. Тут перед Донной появляется шофер, которому она кидает ключи и просит подать машину. Иван уже явно научен опытом, держится адекватно и спокойно, хотя он точно мог наблюдать за всем происходящим. Много чего он успел повидать. А вот несчастному официанту Джареду не хватило опыта в подобных стрессовых ситуациях, на него страшно смотреть. Лицо и взгляд полны ужаса. Да после такого стрессового вечера на работе ему необходимо дать месячный отпуск на курорте.
Джаред в очередной раз теряет ориентацию в пространстве, почти врезается в Ивана и падает на пол, разбиваются две бутылку водки (кому-то не повезло). Иван, как всякий порядочный человек пытается помочь Джареду подняться. – Эй, ты как, приятель? – осторожно интересуется он.
Грейс подалась вперед и протянула руку Жене. Этот жест гораздо больше говорил, нежели слова. Сейчас им никто не даст уйти, что было ясно с самого начала. Но значит позже, может не сегодня и не завтра, они уйдут. И Грейс пойдет вместе с Женей. Он верил в это, поэтому слегка улыбнулся девушке. Но тут вновь преграда – Кроули. И как он смог прийти в себя так быстро? Удар о стол был ведь сильным. Но значит в следующий раз надо чуть сильнее. Мэтт в крови и порезах, но продолжает мерзко ухмыляться.
- Ты действительно думаешь, что просто так уйдешь?  Да еще вместе с ней? Не будь таким наивным. Может еще коньяку? Ты ведь с ним чувствуешь себя таким смелым. Алкоголь творит удивительные вещи, ха? – Кроули явно пытался любым способом задеть Женю, высказывание про алкоголь лишь подтверждает это. Порой алкоголь и правда творит удивительное, но только не сейчас. Никакой алкоголь в данный момент не перебьет состояние Жени. И без алкоголя все бурлит и горит, да и смелости хватает. Какие проблемы, Мэттью? – Нет, не думаю, - старается говорить Женя спокойно. Да, он был готов. Предстоит пройти еще так много…
- Оставь его в покое. Что тебе надо, сукин сын? – неожиданно выпалила Грейс Мэтту. Она не молчит, она пытается что-то сделать, вмешаться, пытается помочь Жене. Эта девушка никогда не перестанет его восхищать, с каждым разом сильнее. - Убей себя, - завершающий удар Грейс по Кроули, которому, конечно же, ничего не страшно. Который возомнил себя великим повелителем. Женя, почти незаметно касаясь руки девушки, пристально на нее смотрит, слегка покачивает головой, словно говоря “Не надо”. Он ведь переживает за нее, так сильно переживает. Каждая ее фраза могла быть очень опасной, собственно как и его фразы. Он хотел, чтобы удар Кроули весь пришелся на него, главное чтобы оставили в покое Грейс. К сожалению так не будет. Всем достанется сполна. Держаться и терпеть – других вариантов не остается.
- Хочешь сыграть в игру? Выиграешь - она вновь твоя, но только на одну ночь, а если проиграешь, то вход в "Санта-Маринеллу" тебе закрыт, – произносит Кроули и это ударяет намного сильнее всех его реальных ударов. Кровь, удары по лицу, сломанные кости, да подумаешь. Что там физическая боль по сравнению с тем, когда тебя пытаются загнать в угол. И ведь даже выигрыш жесток. Получается, у них нет выбора? Жене и Грейс остается лишь проводить считанные часы вместе и только если Женя выигрывает ее в карты?… Он вздыхает и сначала отводит взгляд в сторону. Пытается сдержать порыв, чтобы не наброситься на Кроули и не убрать навсегда с его лица мерзкую ухмылку.
Изабелла все это время стоит на месте, словно приросла к полу. По ней видно, что она очень хочет высказаться и что-то сделать, но она сомневается и даже боится, ибо не понаслышке знает какой Кроули человек. И ей не хотелось сделать хуже Жене или Грейс, к которой она успела проникнуться уважением и симпатией. Сложная ситуация, в которой каждый шаг может привести к буре. Она лишь едва заметно качает головой и одними губами шепчет – Держись…
Женя смотрит на Грейс очень внимательно. Словно пытается общаться с ней мысленно. Затем горько улыбается, разводит руки в стороны. – А у меня есть выбор? Игра так игра, – кинуться в омут с головой, надеясь, что удача поможет. Но не удача главное, а то, что он может видеть Грейс, это обязательно поможет. Он готов на все.

Женя швырнул Кроули об стол, хозяина борделя в его же борделе и об стол. И даже не в смелости дело, больше в безумии и эмоциях. И сначала даже кажется удивительным, а почему Женю сразу же не вышвырнули из борделя за его выходки? Но Кроули ведь не так прост. Он не станет просто вышвыривать Женю, он хочет продолжения, хочет и дальше унижать, делать больно. И находит для этого самые изощренные способы.
Скрывать свои эмоции и желания удавалось далеко не всегда, часто многое можно было прочитать по Жене и его взгляду. Он не умел лицемерить. Этим Кроули и пользовался.
- А что ты скажешь, Грейс? Молчишь, смелая наша? – обратился Мэттью к Грейс. Пусть он отстанет от нее. Пусть не трогает ее. Женя с трудом сдерживается, чтобы не вытворить вновь что-то типа “швыряния о стол”. Но понимает, что это бесполезно. Вступаться друг за друга здесь значит – сделать все еще хуже. Ведь обязательно последует удар сильнее. Остается лишь принять правила игры и следовать им. Но как не заступаться, как молчать? Как выслушивать все? Грейс и Женю поймали в ловушку. Набросили сетку, а если кто-то из них пытается вырваться, то идет удар током. Они заперты внутри себя. Сопротивляйтесь и кричите сколько угодно, но лишь в своей голове. Такие правила.
Но они видят друг друга даже изнутри, видят, что происходит… то, как Грейс посмотрела на него и все поняла, лишний раз подтверждает это. Удивительные моменты и настолько тонкие, еле уловимые, понятные лишь им.
Немного странно слышать какие-то реплики от людей, которые оказываются все еще здесь и продолжают наблюдать. - Игроки чертовы! – хоть какая-то эмоция с долей искренности, пусть негативная прозвучала от Донны. Женя машинально повернул голову в сторону Ричи и его жены. Но вновь не сказал ничего и уже даже рукой не махнул. Да какая разница. Даже действо, в котором участвует все тот же официант, а теперь там еще и шофер, не приковывает к себе взгляда. Женя лишь мимолетно посмотрел на это все, не мог он концентрироваться на чем-то другом, кроме Грейс. А там ведь разворачивалась еще какая драма. Официант-Джаред уже почти в истерике на полу с разбитыми бутылками, а шофер Иван пытается поднять его с пола. Не мог он проигнорировать подобное, правда, сейчас сам находился в замешательстве, не совсем понимая, как успокоить человека, у которого сдали нервы. Поэтому Иван оглядывает всех растерянным взглядом. - Вы не поможете? - осторожно обращается он к Изабелле. Она же сначала не совсем понимает, что от нее хотят, но затем подходит ближе к ним и пытается завязать разговор. Тут все сошли с ума. Абсолютно. Происходящее накрыло волной сумасшествия всех, никто не смог укрыться.
- Будь осторожен, - произносит Грейс тихо. Уже от ее шепота сердце бешено заколотилось. Ведь она все поняла. Так хотелось послать всех к черту и просто крепко обнять девушку, почувствовать ее тепло и отдать ей свое, отдать ей все. Но и тут телепатия. Ведь Грейс чуть приподнимается на носочках и целует Женю в губы. Легкий, осторожный поцелуй. Ее тепло рядом, с ним. Насколько возможно, настолько он пытается растянуть это мгновение. Он успевает лишь слегка, почти мимолетно провести рукой по ее щеке. Но кто бы только знал, как сложно было не прижать ее к себе ближе и не продолжить прекрасные мгновения поцелуя. – Теперь я на все способен, - он успевает шепотом произнести ей это, пока девушка стояла рядом. Да, теперь он готов хоть горы свернуть и совершить все возможное и невозможное. Казалось, что даже боль от ударов по лицу стала не такой ноющей и пульсирующей.
А игра уже зовет. Кроули сидит за столом с колодой карт. Что ж, пора. Хоть как-то пытаться настроить себя. Вдохновение творит с тобой удивительные вещи, ты ведь можешь сыграть красиво и выиграть. Грейс - твое вдохновение и она рядом, а значит, ты способен на все. Шептали ему внутренние голоса. Женя  пододвигает к столику стул, садится. Карты в руках. Не все так плохо, но и не совсем хорошо. Но крестовый король определенно сыграет свою роль. Женя слегка хмурится, когда смотрит на карты, таким образом, он пытается прикинуть, что можно сделать. По лицу Кроули не поймешь, как он реагирует на свои карты, вот уж воистину настоящее карточное “Poker face” – лицо очень многих игроков. Игра напряженная, игра так и пытается давить. Все происходит молча. И, кажется, что абсолютно все в помещении наблюдают за дуэлью. Карточная игра лишь название, повод, так то все гораздо глубже. Несколько ходов проходит, карт все меньше. Пока все более менее на равных, но выражение лица Кроули становится самодовольным. Он пытается сбить с толку. А Женя лишь слегка усмехается, давая понять, что он не ведется на подобные уловки. Совсем скоро вся картина станет ясна, буквально еще парочка карт со стола… и вот уже по спине пробегает холодок. От волнения ли? Или от предвкушения?

Женя легко мог погрязнуть в безысходности и впасть в мрачное настроение. Потому что затея игры с подобными ставками нависала над ним и изо всех сил сжимала голову. Тем более он еще не остыл, адреналин в крови продолжал бурлить. Он все еще находился в состоянии “на грани”. И один лишь маленький шаг и все сильные эмоции перейдут в мрачность. Вообще его совсем не просто довести до подавленного состояния, но если знать слабости и бить по больным местам, то это вполне реально. И Кроули уже прекрасно понимал, как надо действовать и куда бить. И Женя держался лишь благодаря тому, что Грейс находилась рядом, и что он мог видеть ее. Она вселяла в него уверенность и силы. Когда он видел ее рядом, то мог перенести любое навалившееся на него давление, вместе легче. Ведь они взаимодействуют между собой. Хоть другие этого видеть не могут. Но другим и не надо.
- Ну, как не пообжиматься... на прощание, - Женя старался, как можно меньше обращать внимания на все слова Кроули, который любым способом пытался вывести его и Грейс, правда, они уже не велись на провокации. Бесполезно что-то отвечать и начинать ругань, ведь Кроули только этого и ждет. Поэтому пропускать мимо ушей. Вот и Женя молчит. Он сосредоточен и пытается думать о комбинациях и о том, стоит ли ему идти на риск.
Правда разворачивающаяся рядом сцена иногда заставляла обратить на себя немного внимания.
Джаред все никак не мог прийти в себя и, кажется, готов был провалиться под землю или исчезнуть. Он ведь совсем не понимал, что сейчас его оплошности не имеют никакого значения и все уже давно забыли о них. А еще он весь пропах водкой, и это добивало его еще больше. Изабелле пришлось брать инициативу в свои руки, ведь Иван несколько растерян, хоть он искренне хотел помочь. – Ему бы сейчас что-нибудь выпить… - обращается девушка к Ивану, кивая головой на Джареда. – Если не затруднит, принеси что-нибудь крепкое, чтобы его немного успокоить…- Иван кивает и отходит за напитком. А Изабелле удавалось одновременно и успокаивать Джареда, и подавать почти невидимые знаки Грейс, чтобы она не отвлекалась от игры. Изи сама очень волновалась за Женю и за исход игры, но сделать ничего не могла, поэтому просто приходилось оставаться рядом, чтобы иметь возможность видеть происходящее.
Грейс подходит ближе к столику и странно улыбается. Даже загадочно. Словно она придумала какой-то очень коварный план. Но уже через мгновения что-то начнет проясняться. Женя наблюдает за тем как девушка подходит к Мэттью, кладет руки ему на плечи, поглаживает его. И ему бы стоило лучше уткнуться в свои карты, чтобы не видеть этой картины, но сделать это оказывается нереальным. Поэтому он, как мазохист следит за действиями Грейс. Внутренняя борьба готова разорвать его на кусочки. Как же сложно побороть самого себя и выбрать правильный путь. И лишь, то, как Грейс ему подмигнула, как раз и наставляет на правильный путь и изгоняет сомнения. Он только сейчас и осознал, что Грейс прекрасно видит все карты Кроули, а еще значит, что в игре она разбирается. Женя мог бы сейчас рассмеяться, безумно хотел бы, потому что Грейс продолжает творить невероятные и прекрасные вещи. Но нельзя смеяться, поэтому он лишь почти невидимо улыбается. И хоть он прекрасно понимает то, что происходит, но смотреть на Грейс рядом с Кроули ему по-прежнему не просто. Но и тут Грейс помогает ему в его же внутренней борьбе с собой, она одними губами шепчет “нет”. Он все понял. Взглядом дал показал ей, что он понял. Пытаться успокоить себя и оценить свое положение. Стриты, флэши, крести, пики – чувствуйте себя повелителями, ведь именно вы решаете судьбы людей. Двоих людей. Выступаете в роли своеобразных палачей, которые готовы в один момент отсечь голову кому-то из игроков. Карты непостоянны, внезапны и готовы все решить за один миг. Все уже идет к вскрытию карт. И разобравшись в своих комбинациях, Женя внимательно смотрит на Кроули, пытаясь понять, готов ли тот.
Напряженный момент, но становилось так тепло от осознания и чувства того, что они с Грейс и сейчас вместе. Не договариваясь и не говоря ни слова, они сражаются вместе. И кем бы не был Кроули, кого бы он из себя не строил, ему не дано понять этого. В этом преимущество Жени и Грейс.

И почему в последние дни Женя никак не может контролировать время? Оно либо бежит без оглядки, либо засыпает, а иногда так вообще замирает. Карточная игра замедлила время, и оно по одной капельке неспешно падало вниз. Как после сильного ливня, когда с деревьев падают последние капельки. Медленно ползут по листьям и затем летят, ударяясь о землю. И ведь еще создавалось ощущение, что Женя остался как есть во времени, а сама карточная игра затянулась уже на очень долгое время. И он даже не знал, хорошо ли, что все затянулось или нет. Он несколько опасался и не хотел раньше времени загадывать. Тут одна незначительная мелочь и все, дороги назад не будет. Самое главное - это принять решение и оценить свои силы, ну и конечно оценить Кроули. Хотя в данный момент у того был вид, словно он уже выиграл и ему не терпится пойти отмечать победу и спеть в караоке. И как-то уж все это было “слишком”. Да, Кроули явно находился в состоянии под кайфом, но при этом он еще и старался усилить этот свой “кайф”, правда от этого уже несколько переигрывая. И он бы никогда не стал себя так выдавать, если бы не потерял концентрацию. Ну а Грейс очень быстро смогла довести его до этой самой потери концентрации. Безусловно, это сильно помогало, хотя он пытался не думать о возможной победе, ибо начинал сильно нервничать. Опасно что-то предвкушать заранее, когда игра продолжается. Предвкушение вполне может сбить с правильного пути. Поэтому нельзя предвкушать. Пока нельзя. Хотя бы еще несколько минут.
- Сдавай карты, неудачник, как и весь свой набор нежностей, которые ты так хотел подарить ммм... моей Грейс.- и как же Мэттью не поймет, что Женя уже не будет остро реагировать на его слова и давление по поводу того, чтобы он сдал карты. Хотя, может, на какого-нибудь новичка это подействовало бы и даже сбило с размышлений. Но Женя не ведется. Ему стоит только взглянуть на Грейс, и он сразу понимает, что прав и не стоит вестись на слова Кроули. Рано. Не будет он ничего сдавать. Расклад неплохой.
- А зачем спешить? Пожалуй, оставлю их у себя еще на некоторое время. Так что, вперед, - он кивает на Кроули, чтобы тот сдал свои карты.
А вот Донна уже не выдерживает происходящего, поэтому начинает строить обнаглевший по ее мнению рабочий персонал. Ей неважно, что официанту было плохо, а ее шофер вежливый человек, который никогда не откажет в помощи. Она сурова и кричит на Джареда, затем уже на Ивана. Которые сначала обмениваются парочкой фраз и улыбок, и только после исчезают, чтобы выполнять свои дела. Изабелла удостоилась фыркания от Донны. Она чуть усмехается и возводит глаза к небу, если быть точнее – к потолку, но молчит. Ей совершенно не хотелось вступать с этой дамой в бессмысленный конфликт. Она садится так, чтобы у нее была возможность наблюдать за карточной игрой.
И вот, казалось бы, что сейчас наступит момент истины и Кроули кинет свои карты на стол, но…
- Если вы играете на меня, то почему бы не сыграть на мне? – внезапно произносит Грейс и ложится посередине стола. Прекрасный порыв импровизаций Грейс, которые так сводили с ума Женю. Он чуть улыбается и с трудом сдерживает себя, чтобы не приникнуть к ее губам жарким поцелуем. От волнения он выдыхает и пытается держать себя в руках. Быстрее же, Кроули, открывайся. А время издевается и продолжает ползти самой медленной в мире улиткой.

Азартным играм, в данном случае играм в карты Женю научил его отчим. Очень давно. Много лет назад. Одно из немногих нейтральных воспоминаний о Бруно и том времени. И хоть в основном Женя осознанно, да и неосознанно отвергал и даже ненавидел все то, что пытался внушать ему отчим, но карты оказались исключением. Как только он стал понимать смысл карточных игр, его захватило это особое ощущение. Предвкушение и азарт. Так же ему нравилось читать по лицам остальных игроков, и со временем эта способность развивалась, поэтому Женя мог очень точно понять, на самом ли деле человек спокоен или же это лишь его маска. Он всегда играл ради удовольствия. Выигрыш обычно не имел особого значения, хотя конечно лишним не был. Интересен сам процесс игры, интрига, выигрыш. Но как все кардинально может поменяться. Карты настолько легко  меняли всю жизнь Жени, и не просто по мелочи, а кардинально. С того момента, когда оказалось, что он выиграл вечер с Грейс. Еще тогда. При любых других обстоятельствах, он никогда не стал бы играть в карты на человека. Но он уже успел познать сумасшедшие, безумные, самые сильные чувства, которые горели внутри ярким пламенем, и он не мог просто смотреть на то, как их пытаются затушить. Уже явно рисовалась черта, которая делила жизнь на “до и после” той карточной игры три дня назад.
Женя очень напряженно и молча наблюдает за тем, как Кроули кладет руку на живот Грейс, что-то говорит и как она эту самую руку с себя скидывает. Волнение парализовало его, тем самым, замедляя время вновь и вновь. Не пошевелиться, не выговорить ни слова. Давай же, Кроули, к черту твои слова. Открывай уже свои карты. Тут уже никакие слова не помогут, какая комбинация вышла, так и есть.
Он только и может нервно усмехнуться словам Мэттью. Молчит и с замиранием сердца смотрит на летящие в замедленной съемке карты. Четверки, даже четыре четверки плюс десятка. Женя  разглядывает карты, которые так красиво легли на тело Грейс, пытается мысленно произнести про себя каждую карту, которую видит, чтобы осознать, что глаза не обманули его.
- Неплохо, очень даже, - он опять нервно усмехается и утвердительно кивает головой. Встречается взглядом с Грейс, долго смотрит на нее и загадочно молчит. Затем же опускает взгляд в свои карты. Внимательно осматривает каждую и словно мысленно общается с ними. И ведь только недавно он сходил с ума из-за того, что Кроули тянул время, а сейчас сам делает это. Нет, он вовсе не думал издеваться, и не тянул время специально. Просто ему сложно было поверить в то, что он видел в веере из карт у себя в руках. Последний взгляд на карты, улыбка им. Да, подобное общение с картами могло со стороны показаться несколько странным. Женя аккуратно собирает веер карт в тонкую стопку и протягивает руку к Грейс. Рука дрожит, дрожь не видна окружающим, но тело Грейс явно должно было чувствовать ее. Стопка карт под его ладонью, ладонь чувствует легкое прикосновение к коже девушки. Он чуть улыбается и медленно начинает открывать карты, одну за другой, плавно скользя ладонью по Грейс.
9♣ 10♣ В♣ Д♣ - крести шли по порядку и уже показали всем свои лица, но оставалась последняя карта. Самая важная. Женя на мгновение остановился, внезапно сделал глоток из стоявшей рядом бутылки с алкоголем, возможно чтобы помочь себе побороть невыносимое волнение. И вот она последняя - К♣. Крестовый король, босс в своей крестовой семье.
- Как-то так, - так он подводит итог своей успешной комбинации, смотрит на Кроули, ожидая его реакции. А вот спокойно смотреть на Грейс он уже не в состоянии. Внутренняя дрожь захватила все тело. Он пока не верит во все происходящее. Но еще мгновения и ступор обязательно пройдет.