Казалось бы, ну, что за бред. Что за встреча. Что за знакомство. Глупость. Слова не вяжутся с ситуацией. Какой идиот будет говорит про приятное знакомство после фееричного секса, который просто был? Грейс мысленно прокляла себя за такие нахлынувшие мысли. Порой в ней боролись две противоположные личности, желающие разных вещей. К счастью, Грейс могла заткнуть ту, которая говорила настоящую чушь. В данном случае - половинку, которая хотела уйти и больше никогда не возвращаться. Было так легко заткнуть этот чертовый голос. Как щелкнуть двумя пальцами. Победа. Легкая и прекрасная.
Грейс смотрела на Евгения и понимала, что может продолжать лежать на грязном полу целую вечность. Смотреть в его ясные глаза и повторять, что это всё ошибка, но продолжать съедать его коварным взглядом. Всё по кругу, и они никогда не остановятся. Это девушка знала точно. В конце концов это ее настоящее место. На самом дне. Среди осколков (прошлой жизни). Испитого алкоголя (крови). В самой гуще событий наблюдать за жизнью наверху. Грейс перевела взгляд на потолок. Слишком красиво украшенный для нее. Пафосный. Всё, чем так пропитан бордель "Санта Маринелла". А девушка лежит здесь. Дотянуться невозможно. И только потом приходит осознание, что она же здесь не одна. Это странное состояние, когда ты привык быть одиночкой и изгоем, а потом внезапно понимаешь, что у тебя появился человек, который открыл для тебя мир под названием "взаимопонимание". И, боже, к черту, если Женя не вспомнит завтра ее имени. Пусть он даже сейчас пошлет ее в задницу. Но он был с ней эти часы, и его живую сущность она узнала досконально. А что про реальность... в ней никто не бывает собой.
Грейс была уверенна, что это их последняя встреча. Желанная. Страстная. Но последняя. Мужчины, когда получают свое, уходят. Всегда. Это только Кроули вынужден держать ее при себе. Глупая, глупая жизнь. Девушка улыбается, наблюдая за тем, как мужчина ищет свои брюки. Как по-разгильдяйски достает сигареты и зажигалку, а затем внимательно смотрит на Грейс и говорит свое имя.
- Замечательно, - только коварно произносит она. Ее рука тянется к животу Жени. Ладонь плавно гладит его сначала чуть ниже пупка, а потом опускается к низу живота. Грейс кажется, что ласки никогда не закончатся. Ей хочется доставлять мужчине удовольствие еще и еще. Играть с ним, зная, что это не игры, а просто ее непреодолимое желание быть ближе. И Грейс все равно, кем бы не казался Евгений. У нее осталась его мощная энергия, которой он поделился с ней во время их страстного танца. То, что он, может быть, отдал навсегда. А девушка будет хранить вечно. Внутри своих тяжких дум. Там, где легкость витает осторожно и боится спугнуть настороженность. Какая разница, что будет дальше, если настоящее еще продолжается. Кто знает, чем всё закончится... Затем Грейс рукой толкает мужчину так, что он вновь оказывается лежать на спине. Девушка садится на Женю и вплотную наклоняется к его губам.
- Ты.., - начинает она и целует мужчину в уголок рта, - ... немного, - слизывая следы крови с его кожи. -... испачкался. И еще. Ей нравится касаться усов Евгения. Губ. Языка... Девушка вновь улыбается. Затем берет из его руки сигарету и затягивается. Давно она не курила. О, этот кайф, когда никотин проникает внутрь тебя и ты чувствуешь, как еще расслабленнее становишься. Дым она выдыхает прямо на Евгения. Пусть будет так. Чем запрещеннее действия, тем приятнее последствия.
19.12 You take only seconds to draw me in
Сообщений 31 страница 34 из 34
Поделиться3114.01.2012 02:45:01
Поделиться3215.01.2012 04:09:00
Он мог бы сам спросить ее имя. Даже в самом начале, когда только увидел. Все ведь обычно так и делают. Но Женя не все. И Грейс тоже. Имена и знакомство пришли только после всего, что происходило в этой комнате. Необычно, особенно. Лишь по их правилам. И ему так нравилось, что девушка представилась ему сама. Нравилось, все, что она делала, все что говорила. Да его восхищали ее поступки. Настоящие, живые, открытые. Он в ней видел что-то такое особое и неуловимое, что притягивало сильнее. От нее исходил настолько сильный магнетизм, что так сложно было хоть на мгновение не прикасаться к ней. Это уже стало как зависимость. Поэтому страшно даже подумать о том, что может наступить момент, когда Женя уйдет из этой комнаты, уйдет из борделя и выйдет на серую холодную улицу. Надо будет куда-то идти, что-то делать. Но он об этом не думал, совсем не думал о том, что будет после. И зачем? Он просто жил в настоящем. Целиком и полностью. Жаль только, что способность останавливать время не распространялась на весь мир. Для себя Женя и Грейс время остановили. Для остальных оно осталось неизменным, а значит, кто-то обязательно нарушит их пространство и рано или поздно появится здесь. Вот был бы особый ритуал, например, постучать сколько-то раз по часам и останавливалось все время, во всем мире. Тогда у них открылась бы чуть ли целая вечность для наслаждения друг другом.
И Грейс явно чувствует, как Жене не хватает прикосновений и как сильно он хочет этого. Без слов его понимает. Неудивительно, ведь их желания совпадают. Коварно-прекрасная интонация в ее голосе и такие же коварно-прекрасные прикосновения ее рук по животу и затем ниже. И кожа вновь почти плавится от прикосновений, вновь легкое и щекочущее ощущение дрожи по телу. Как в первый раз, словно, в первый раз он чувствует на себе прикосновение рук девушки. Но все совсем иначе, по-новому, это ведь совершенно особые прикосновения, не похожие на предыдущие, а значит теперь всегда как в первый раз. От этого можно разорваться на множество мелких частиц и парить в воздухе, но разве частицы могут в полной мере чувствовать то, что чувствует тело Жени, когда к нему прикасается Грейс? Конечно не могут, а значит и разрываться не стоит, в прямом смысле. Если говорить про внутренние ощущения, то тут разрывает и продолжает разрывать, наполняя их реальность еще более яркими и глубокими красками.
Он готов уже на все, пусть Грейс делает с ним все, что захочет, лишь бы она продолжала прикасаться и снова доводила бы его до безумия. И она ведь так все и делает. Слегка толкает вперед и спина вновь соприкасается с полом, усыпанным острыми осколками. Приятно, даже слишком приятно. Она садится на него, наклоняется вплотную к лицу. Прикасается губами, затем языком к уголку рта. О да, следы его страстного вампиризма остались и на лице, но Грейс помогает ему и в этом. Как и раньше. Их обоюдная помощь друг другу. Он держит девушку за спину, слегка поглаживая по коже. Смотрит на нее, слегка улыбается и явно хочет поблагодарить за оказанную ему помощь, но пока молчит, лишь внимательно смотрит… не хочет пропустить ни единого ее движения. А Грейс берет из его рук сигарету, затягивается, выпускает на него дым. Невероятное зрелище, на которое можно смотреть до бесконечности, хотелось немного замедлить время, чтобы рассмотреть еще подробнее, насладится моментом еще раз. Прекрасный дым окутывает лицо, голову и проникает внутрь. Когда куришь сам, дым не кажется таким уж прекрасным и настолько приятным. Одурманивало не хуже, чем какая-нибудь “запрещеночка”.
- А ты…, - он выдыхает воздух, как бы пытаясь чуть рассеять дым, - немного в дыму, - он приподнимается, прижимая ее к себе вплотную. Теперь она ближе и дыма поменьше, хотя дурманящий запах окутывает все вокруг. Внимательно смотрит на ее губы, словно сейчас прикоснется к ним поцелуем, но губы опускаются ниже. На шею. Жгучие вампирские поцелуи касаются кожи. Затем ниже. На грудь. А дрожь продолжает усиливаться и распространяться с бешеной скоростью по всему телу.
Поделиться3316.01.2012 02:06:53
Коварство... всегда интригующее начало, которое плавно переходит в незаконченность движений. Словно спрашивает: "а что будет дальше?" Особенно в том, что всегда можно решить самому. Поцеловать или облизнуть. Страстно или невыносимо. До мурашек или до невозможности терпеть дрожь. Всё лишь в их руках. Прикосновениях. Улыбках. Вот такие вещи делают вечер. Особенно, когда они внезапны. Ощущаешь как пальцы ласкают кожу спины - и вот новый кадр. Наверное, если бы Грейс и Женю сейчас фотографировали, вышла бы очень чувственная коллекция снимков. Местами яркая и бунтарская, краски бы кричали своей свободой и независимостью. А затем теплые цвета и умиротворенность создавали бы их собственную гармонию. Да, девушка бы хотела увидеть их маленькую жизнь со стороны. Не только, чтобы насладиться красотой, но и для запечатления в памяти. Ведь декорации скоро сменятся, жар потухнет, а следы от поцелуев рассеются.
- Это проблема? - мило ухмыляется Грейс на слова Жени о том, что она в дыму. Хочется безбожно посмеяться над его лукавым взглядом. А еще запустить пальцы в волосы... Мешает сигарета. Девушка тушит ее об край стола, а тем временем мужчина прижимает Грейс ближе к себе. Это может начаться заново. Это может не прекращаться. А что... Девушка согласна. Ей можно выписать абонемент на "Запрещенные процедуры от Евгения". Она не пропустит ни один сеанс, если только будет такая возможность... Непроизвольно Грейс откидывает голову назад и улыбается. Пусть этот свет озарит темную комнату. Весь бордель... Девушка, наконец, нащупывает кожу головы мужчины и вдохновленно проходит нежным прикосновением по ней.
Они продолжают вновь и вновь. Словно им мало. Это уже давно переросло животное желание. Всё перешло на новый уровень, который так и кричит: "не отпускай, боже, ты только не отпускай", а потом переходит на мат. Где можно грубо, но ясно сказать: "блядь, я хочу еще". И все тебя поймут. Вокруг всё живет их жизнью. Эта комната - их иллюзия настоящего. Всё придуманное. Всё реальное. Вот, когда вселенные сталкиваются, и происходят чудеса. Творить самим - плевое дело. Главное, совершать их искренне и без сожалений... А этого у Грейс и Жени совсем не осталось. Ни капельки. А вот в еще одной бутылке коньяка, которая стоит на столе... Девушка по-хозяйски берет ее одной рукой. К счастью, она оказывается открытой. Тогда Грейс опрокидывает ее и обливает Женю жгучим напитком. Коньяк льется по его волосам, по оголенной груди, ниже... ниже... Он доберется до всего. Затем девушка делает большой глоток и только после этого выливает остатки на себя. Они все мокрые. И полностью пьяные. Не оставлять никому коньяка - вот это хитрость.
- Вкусно? - спрашивает Грейс и тут же целует мужчину в губы. Кажется, это будет их коронным номером. На столе, на полу... Мечта.
Поделиться3417.01.2012 02:22:19
Клубы серого сигаретного дыма уже непроизвольно стали частью мира, который создавали Женя и Грейс. Казалось бы, создавали из ничего, но зато как создавали. Как художники сюрреалисты, которые способны открывать свое подсознание и вытаскивать оттуда совершенно нереальные образы, создавая новые миры, раскрашивая их в яркие или же наоборот в черно-белые цвета, добавляя какие-нибудь интересные декорации, таким образом они расширяли миры и вдыхали в них жизнь. У Жени и Грейс все получалось непроизвольно, на одном дыхании. Декорации не были просто декорациями, это становилось сразу же какой-то особой частью, которая несет особое для них значение. И все сразу же наполнялось жизнью, заряжалось жизнью от них двоих. Ведь, кажется, по-настоящему они почувствовали, что такое жить и наслаждаться жизнью лишь за время, которое они провели вместе. Некоторые образы очень явно и со всеми деталями отпечатались в памяти. Бывает, что что-то особо хорошо всплывает в голове и стоит перед глазами, как картина или фотография. Жаль невозможно записывать в голове все, что видишь перед собой, чтобы позже можно было воспроизвести и просмотреть все как фильм. Но некоторые картины-образы остаются навсегда. Например, такие как… бронзовые капли коньяка, рассыпавшиеся по груди девушки, сочетание нежной белой кожи и темного крепкого коньяка. Темно-красные следы крови на красивых пальцах Грейс и вкус крови на коже. Как девушка чуть откидывает голову назад, и ее волосы красиво падают на спину, открывая полностью шею. Теперь еще образ ее лица с коварной, но милой улыбкой в клубах дыма. Безумно красивая картина, как и все остальные.
- Уже нет.., - он шепчет это на ухо девушке и слегка улыбается. Ведь все проблемы они прекрасно решают сами, помогая в этом друг другу. Как и раньше он не может остановиться, не может оторваться от ее кожи, не может перестать прикасаться к ней губами. Девушка же чуть откидывает назад голову, открывая шею еще больше, а ее пальцы пробегают по его голове, по волосам, вроде и не сильно, но настолько чувственно, что от удовольствия закрываешь глаза, а из груди вырывается вздох, который обдает кожу девушки горячим дыханием. Ведь вроде нереально то, что два человека оба могут испытывать настолько сильные эмоции, настолько сильные желания, одинаковые желания. Похоже, здесь происходит что-то, чему еще не дано определение. Горячее страсти, сильнее желания.
Последняя бутылка коньяка на столе – слишком сильное искушение, которое необходимо испить до дна или облиться им. Грейс легким движением руки выливает коньяк на Женю. Волосы пропитываются крепким напитком, капли стекают по шее, по груди по спине. Запах ударяет в нос и опьянение усиливается. Капли медленно скатываются по спине, попадают в царапины от стекла и снова дарят особый кайф с оттенком жгучей, но приятной боли. Девушка делает глоток из бутылки, а остальное выливает на себя. Запах коньяка усиливается и смешивается с запахом сигаретного дыма, создавая безумный аромат, который точно обладает особыми наркотическими свойствами. На мгновение Женя быстрым движением запрокидывает голову назад, откидывая с лица мокрые волосы, улыбается, даже почти готов рассмеяться. Потому что чувство восторга его переполняют и еще он невероятно пьян, но пьян далеко не только от алкоголя.
Грейс целует его в губы, передавая внутрь вкус алкоголя. Повторяется, но в этот раз они сменяют друг друга. Не то словно как вкусно. Он жадно целует ее губы, язык. Пьет и продолжает напиваться.
- Нет ничего вкуснее этого, - произносит он ей в открытые губы, затем вновь прикасается к ним, отрывисто и быстро, такой нежный укус. Руки же проводят по ее позвоночнику, чуть массируя кожу и втирая в нее капли коньяка. Затем ладонями проводит по шее, по лицу, собирая пальцами ее волосы, прикасается к голове. Приподнимает ладонями ее волосы вверх, смотрит на девушку и затем откидывает волосы ей на спину. Ему так нравится прикасаться к ней, как же ему нравится. Невозможно уже представить, что можно жить без этих прикосновений.
* * *
Но время, как уже раньше выяснилось, остановилось не для всего мира. Поэтому внешний мир рано или поздно прорвался бы. Представителем внешнего мира выступил не кто иной, как Мэттью Кроули, который очень неожиданно показался в дверях комнаты, обозначая свое присутствие стуком. По его выражению лица можно было прочитать очень многое, ибо он явно не ожидал увидеть в комнате подобное.
А состояние несколько шоковое. Потому что внезапно понимаешь, что есть реальность и есть другие люди, есть этот Кроули. И совершенно не хочешь признавать, что все закончилось. Осознание всего произойдет еще очень не скоро. И только время покажет, что же будет дальше. Но это не совсем конец, просто так все закончится, не могло – единственная понятная сейчас вещь для Жени.