Вроде совсем обычный день. Слегка туманный и мрачный. Холодный воздух слегка взбодрил Женю и его сонное состояние. Он проспал весь день, отсыпаясь после ночной работы. А вечером как обычно уже привычный маршрут к любимому заведению. Санта-Маринелла – бордель, бар, азартные игры и много всего интересного увеселительного алкогольного. “О солнце Санта-Маринеллы”. Ведь и правда, как ярким солнцем реклама заведения освещала мрачные улицы. И вот в этот самый, казалось бы, обычный день Женя сидел в баре и неспешно пил крепкие алкогольные напитки. И он даже предположить не мог, что скоро начнут происходить весьма интересные события. Владелец заведения Мэттью Кроули почтил своим присутствием посетителей. Он сидел рядом с Женей, пил виски и наблюдал за танцующими в стороне девушками. Слово за слово и началась внезапная карточная игра. Женя любил играть в карты и умел играть, правда, расклад часто оказывался не в его пользу. Но ведь когда-то должно повезти? Не может же черная полоса идти всегда, наступит и белая. Карточная игра, которая как, оказалось, изменила очень многое, только никто еще ничего не подозревал об этом. Победа над Кроули это весьма приятный сюрприз. А Кроули явно было не очень приятно проигрывать, хоть он вида не показал, что это его как-то задевает.
- За победу – сказал Кроули  и чокнулся рюмкой виски с Женей. Они выпили, и Кроули уже собирался выписывать чек на проигранную сумму денег, как вдруг остановился, увидев то, как Женя смотрит на одну из девушек, которая чуть в стороне танцевала на подиуме. И ведь эта девушка была одной из причин, по которой Женя приходил именно в этот бордель. В ней он находил что-то особенное, неуловимое и притягивающее. Но он даже думать не мог, что надо к ней подойти и попробовать просто поговорить. Она – красота, которой он любовался на расстоянии. Неосязаемая красота. Он мог весь вечер сидеть и смотреть, как она танцует, но ночью всегда уходил с какой-нибудь другой девушкой. И дело было вовсе не в том, что Женя боялся к ней подойти, нет. Подойти к кому-то и заговорить для него не проблема. Но почему-то именно с ней все было иначе. Он не знал ни ее имени, ничего о ней не знал, знал только, что она особенная.
- Нравится? – неожиданно спросил Кроули, кивнув головой в сторону девушки. Женя немного удивленно посмотрел на Мэттью, но утвердительно кивнул.
- Тогда подожди немного, – с этими словами Кроули направился в сторону девушки. Подошел к ней и стал что-то говорить. Женя с нескрываемым интересом наблюдал за этой картиной. Через несколько мгновений Кроули с девушкой уже направляются в его сторону. Как все интересно складывается. Осушив свою рюмку с виски, Женя достал сигарету и закурил. И вот они подошли.
- Выбирай. Это, - Кроули показывает чек, - или она? Ее танец специально для тебя.
Женя внимательно смотрел на девушку, даже немного оценивающим взглядом, ибо так близко видел ее впервые. Странное ощущение, когда вот уже почти неосязаемая далекая красота становится осязаемой и близкой. Такую возможно упускать никак нельзя. Размышления тут тоже ни к чему. И на деньги плевать. Деньги никогда не были для Жени самым важным в жизни.
- Конечно она, - спокойно говорит Женя, выдыхая сигаретный дым, и продолжает внимательно изучать девушку. И пытается хоть немного понять, какие эмоции скрывается за ее взглядом.

Мотивы Кроули были не совсем понятны. Зачем вместо денег он решил отдать Жене свою лучшую девушку? С чего бы? Не по доброте душевной ведь и не из-за того, чтобы осчастливить Женю. Может из-за своих личных отношений или он, таким образом, пытался наказать девушку. Да мало ли какие могут быть причины. А думать об этом совсем не стоило, надо просто принять все как есть и наслаждаться тем, что происходит.
Когда еще представиться такой шанс, ведь чего скрывать, она привлекала внимание Жени больше, чем любая другая здесь девушка. Пожелав удачного вечера и неприятно улыбнувшись, Мэттью Кроули ушел. Женя продолжал курить и молча смотрел на девушку. На мгновение показалось, что в ее глазах было непонимание или даже испуг.
Жене не хотелось, чтобы все происходило так. Не хотелось становиться для девушки чем-то вроде наказания от Кроули. И не хотелось, чтобы ей было неприятно. Не хотелось ее принуждать, заставлять. Поэтому он колебался, а в какой-то момент даже подумал, что ему стоит пожелать ей приятного вечера и просто уйти. Пойти еще выпить, найти себе другую девушку, провести вечер с ней, или же лучше выпить и уйти домой в одиночестве. А там уже наигрывать что-то веселое на своей гитаре, таким образом, не давая себе думать об упущенной возможности провести время с той, которая имеет для тебя какое-то значение, хотя еще не совсем понятно какое именно.
Но все сомнения почти сразу же разбились на мелкие кусочки и растворились в воздухе.
Решительность во взгляде девушки, решительность в ее движениях, решительность в вопросе, на который необходимо дать честный ответ. Все развивалось стремительно. Стряхнув с себя пыль оставшихся сомнений, Женя уже идет за девушкой. Длинный коридор с черным полом, лампы освещают все красноватым светом, впереди много дверей, из них доносятся отголоски музыки, а в другом конце коридора виднеются расплывчатые силуэты людей. И тут неожиданно резко девушка впечатывается спиной в стенку и притягивает Женю за собой. Молчание. Он понимал, почему она молчит. Понимал, что ее вопрос так и остался без ответа, а ответ получить она хочет. Однако Женя с ответом не спешил. Он внимательно изучал ее лицо и ее взгляд, пытался понять, что она сейчас чувствует. Говорить неправду ему совсем не хотелось, да и это не в его правилах. Облокотившись ладонями о стену, он приблизился к девушке почти вплотную, затем наклонил голову немного в сторону, чувствуя кожей ее волосы, и прошептал ей в ухо:
- Нравишься. Ты ведь знаешь это, - он снова смотрел на ее лицо. – Ты ведь многим нравишься, - спустя мгновение добавил Женя. И правда ведь она нравилась многим, сложно найти того, кому бы такая девушка не понравилась. Постоянно столько взглядов, которые устремлены на нее во время ее танца, но взгляды неприятные, похотливые. У Жени же взгляд другой, в нем было что-то другое, что большее, чем просто похоть и желание. Ему стало очень интересно, зачем она задала ему такой вопрос. По нему и по его особому взгляду ведь ясно, что она ему нравится.

Казалось, что началась странная игра, не совсем понятная даже Жене и Грейс. Но это игра, которая затягивала с головой, и казалось, поглощала в себя остатки хоть какой-то адекватной реальности. Слишком близкий контакт, слишком долгие взгляды, слишком приятное напряжение. И вроде все должно быть обыденно, ведь уже знакомый коридор и комнаты, в которых бываешь далеко не в первый раз. Но все как-то иначе. Напряженная игра. Игра на грани. Неужели подобные ощущения пришли только лишь потому, что сейчас с ним была именно Грейс? Женя весь сам для себя сделал ее недоступной и долгое время с определенной долей мазохизма наблюдал со стороны. Теперь же она стоит рядом, вплотную к Жене. Настолько вплотную, что ощущается, как по ее телу пробегают мурашки. И можно делать что угодно, перед Женей открывается абсолютная свобода. Девушка сейчас только с ним. Неважно, что лишь на время. Важно здесь и сейчас. Почувствовав предвкушение свободы, разум пьянеет даже сильнее, чем от выпитого ранее алкоголя. И если бы не совершенно новые ощущения, то он не задумываясь, уже давно переступил черту, потому что тогда было бы плевать на последствия и все остальное. А пока же стоишь у самого края черты.
Казалось бы “А какого черта думать?” Сколько раз уже совершались необдуманные поступки, сколько раз уже с головой кидался в открывшуюся свободу, сколько раз потом расхлебывал последствия. Многое пройдено и практически не осталось никакого страха и сомнений. Так чего же ждать? Может это всего лишь опьяненный разум  действует подобным образом или же какая-то иная причина?
Девушка первая переходит грань и стирает ее последние видимые штрихи. Ее губы накрывают губы Жени. Сильно, резко. Чтобы не осталось ничего лишнего, даже воздуха.
Она говорила, хотя даже не говорила, выдыхала слова в его полуоткрытые губы. И вновь поцелуй, еще более страстный, словно в последний раз, словно сейчас весь мир упадет в бездну и нужно успеть насладиться друг другом. Но мир уже упал в бездну и они вместе с ним. Руки Жени обхватывают талию Грейс, прижимая ее тело еще ближе к себе. Пальцы пробегают по ее спине, пытаясь полностью ощутить прикосновение. Он чувствовал ее желание и свое, поэтому еще ближе. Настолько, насколько это возможно.
- И ты самый большой дурак, – сказала она и улыбнулась. Он внимательно смотрит на нее, сначала слегка усмехается, но усмешка почти сразу перерастает в улыбку.
- Я это знаю, - произносит он и продолжает прерванный поцелуй. Попробовав один раз, уже не остановишься, теперь всегда будет мало.
Затем он неожиданно прервал поцелуй, заглянул ей в глаза и, взяв за плечо, повел в комнату. Свет ламп слегка освещал полумрак комнаты, но несколько другими цветами, менее агрессивными, нежели свет коридора. Он буквально падает на диван, девушка стоит рядом, между его колен и он слегка придерживает ее за ноги.
- Покажи себя, - слегка хриплым голосом произносит он, ибо дыхание еще продолжает восстанавливаться. Фраза, которая на первый взгляд может показаться слишком простой, но на самом деле несет в себе несколько большее значение. Женя хотел увидеть, какой Грейс будет здесь, за закрытыми дверьми комнаты, когда рядом нет никого постороннего. Какой она будет для него. Даже если все просто игра, неважно. Он хочет видеть ее здесь и сейчас, чувствовать здесь и сейчас.

Для чего многие мужчины ходят в бордели? Причин очень много. Ради развлечения, ради удовлетворения своей похоти, ради воплощения в реальность своих тайных желаний с совершенно разными девушками. Ради того, чтобы проявлять свою власть, иногда жестокость по отношению  к незнакомой девушке, которая возражать не будет, ибо это ее работа, и она обязана выполнить почти любые прихоти клиента. Так многие ведут двойную жизнь, утром дома – примерные мужья, которые уходят на работу, вечером в борделе – какие-нибудь жестокие извращенцы. Женя же не относился ни к одной этой категории. Да, ему хотелось получать новые впечатления, ему хотелось получать вдохновение, хотелось смотреть на красивых девушек и быть с ними. Красивых девушек здесь хватало. Но почти всегда красота оказывалась совершенно пустой. Казалось, что работа в борделе иссушила многих девушек изнутри, оставив лишь красивую оболочку. Когда же он наблюдал за Грейс, то видел что-то такое, чего в других не было. Он не мог уловить, что именно. Да и не подходил он к ней раньше возможно из-за того, что боялся разочарования. Слишком много разочарований было и не хотелось, чтобы все повторялось вновь. И сейчас, когда она так близко, когда ты уже узнал вкус ее губ, когда, прижимая вплотную к себе, чувствовал ее тело, когда смотрел прямо ей в глаза, то понял, что не ошибался. Внутри все переворачивалось от этого осознания. Но все мысли о том, что происходит и что будет происходить потом, Женя отогнал от себя в тот момент, когда стоял у стенки, прижимая Грейс к себе. Никаких последствий. Мир ведь провалился в пропасть уже несколько минут назад. Поэтому только этот момент. Здесь и сейчас.
- Зачем? – девушка улыбается и снимает с себя полупрозрачную накидку, оставаясь лишь в белье. Женя очень внимательно наблюдает за Грейс, с головы до ног осматривая ее.
- Хочу увидеть тебя, - с легкой полуулыбкой ответил он. Хотелось увидеть настоящую Грейс. Не там на сцене, где исполняется номер. Чтобы она сама захотела показать себя, чтобы могла сделать, то что хотела, а не по прихоти Жени. Хотя любой другой на месте Жени бросился бы исполнять свои желания с девушкой, тем более с уже давно желанной, но до этого момента недоступной девушкой.
А Грейс уже проявляет себя, он ведь не указывает, что нужно делать. Зрительный контакт почти не разрывался, взгляд оторвать невозможно, ведь казалось, что если на мгновение посмотришь в сторону, то пропустишь что-то очень важное.
Она садится на него. Осознание того, что она все делает по своей воле, начинает сводить с ума. Ее близость сводит с ума. Становится все сложнее хоть как-то себя контролировать. Хотя контроль уже потерян.
- И что я получу взамен? – спрашивает девушка, а ее руки касаются груди Жени, проходятся по коже, опускаются ниже. Прохладные прикосновения рук, которые в то же время электризовали. Оставалось только перевести дыхание и пытаться сделать хоть один вздох. С ответом Женя не торопился, словно чего-то выжидая.
Он берет ее руки в свои ладони, перекладывает к себе на плечи и, обхватывая за спину, придвигает ближе к себе.
Еще ближе. В который раз контроль потерян вновь. Зачем сдерживать себя? Он  накрывает ее губы поцелуем. Сильным, страстным. Затем резко прерывает поцелуй, слегка отстраняется, легонько прикасается к ее подбородку.
- А чего бы ты хотела? – не очень хорошо отвечать вопросом на вопрос. Но зачем действовать по правилам. Вопрос слегка провокационный, но он хотел услышать или даже увидеть ответ.

С каждым мгновением, с каждым движением, прикосновением, взглядом, с каждым поцелуем усиливалось желание, разыгрывался интерес. Казалось, что еще совсем немного и произойдет очередной взрыв эмоций, и сильное желание поглотит целиком и полностью, с головой поглотит. И не оставит уже никакой возможности повернуть назад, не оставит ни одной маленькой доли сомнений с чьей-либо стороны. Наэлектризованный от желания момент совсем скоро вспыхнет множеством искр. Совсем немного. Немного осталось для того, чтобы понять, осознать, принять для себя решение, не сомневаться.
Осознание того, что все, что происходит сейчас, что Грейс сидит на его коленях и похоже ей даже нравится все происходящее, было слишком затуманено. Но и не осознавать надо в данный момент, лишь чувствовать. И Женя чувствовал. Он чувствовал, как она и ее тело реагируют на его прикосновения, на его поцелуи, чувствовал желание ее тела и лишь эти чувства придавали уверенности в том, что все происходит на самом деле. Он уже и не помнил, когда в последний раз ощущал подобное. Многие другие девушки хоть и пытались показать страсть, но все выходило иначе. Именно что они хотели показать, возможно, убедить себя, что они так чувствуют, но все оказывалось наигранным, искусственным. Но не было ни чувственности, ни желания.
А вообще, далеко не многие могут испытывать то, что происходило между Женей и Грейс. Даже счастливые пары и то не всегда могут похвастаться подобным. Тут же, кажется, при первом прикосновения произошел особый контакт, пробежала искра. Поэтому то все сомнения и вопросы уходят, оставляя лишь желания Жени и Грейс.
Эмоции готовы разорвать на части, сводя с ума. В какой уже раз за сегодняшний вечер?
Провокационный вопрос прозвучал от Жени даже как-то неосознанно, просто он, правда, безумно хотел услышать ее ответ. Ее честный ответ.
А девушка не спешила с ответом. Она переводит дыхание, пальцами продолжая расстегивать последние пуговицы рубашки. Слегка напряженный и полный желания взгляд смотрит на Грейс и ожидает ответа. Она расстегивает последнюю пуговицу рубашки и быстро срывает ее с Жени.
- Тебя, - звучит в его голове. Сперва несколько удивленный взгляд с прищуром и странная полуулыбка. Ибо, неужели такая девушка действительного желает его? Но в ее взгляде он видит подтверждение ее словам.
Фраза, которая часто вырывается неосознанно от переизбытка каких-то положительных эмоций, иногда перед веселой разудалой песней. Фраза на родном, но не забытом языке, фраза которую здесь мало вообще кто поймет. Если только не найдутся тут знатоки русского “запрещенного” языка, которые одно слово фразы уж точно поймут.
- "Щас" будет круто б**, - на русском и именно в таком виде Женя и произносит ее сейчас. Неожиданно, неосознанно. Может это странным образом придает больше уверенности, разбавляет обстановку неким веселым хулиганством.
Рубашка более не мешала, поэтому хотелось ощущать девушку всей оголенной кожей. Он сильно обхватывает ее за спину, проводя пальцами по позвоночнику, спускаясь ниже. Прижимает к себе так, чтобы они соприкасались обнаженными частями тела. От этого искры, от этого кровь внутри разливается крепким горячим алкоголем. Поцелуй в губы. Уже как зависимость. Хотелось постоянно чувствовать ее вкус. Затем чуть ниже, к нежной коже на ухе, на шее. Опьянение все сильнее и сильнее.
И слова о том, что он до безумия ее хотел, были не нужны, Грейс ведь все чувствует сама? Ведь так?

Странно было думать о Мэттью Кроули как о неком добром Санте, который готов выполнять все желания посетителей своего борделя. Странно и смешно одновременно. Кроули ведь явно насмехался, пытался проучить или что там он еще хотел? Он ведь видел то, как Женя смотрел на Грейс. Но знал, что Грейс никогда не будет смотреть на Женю так же. Был уверен в этом, ибо думал, что хорошо знает девушку. Он слишком много брал на себя, самоуверенность и завышенная самооценка видимо слишком туманили глаза. Знал бы ты, Мэттью Кроули, что происходит сейчас, видел бы ты это. Хотел насмехаться над другими? Но все повернулось против, и теперь насмехаются над тобой.
Все перевернулось. Абсолютно весь мир. С каждой минутой переворачивается все больше. Но в тоже время открывается и вырисовывается что-то абсолютно новое, ранее не изведанное. То, что Женя подсознательно искал всю жизнь, то, что могло наполнить жизнь красками, помогло вздохнуть и набрать в легкие свежий воздух. Наконец-то свежий воздух, который не оставит места для воздуха затхлого. Чувства никогда не обманывали, он верил им. Легкомысленно и глупо? Пусть остальные думают что хотят, пусть думают о себе, пусть живут лишь разумом и завтрашним днем, упуская день сегодняшний. Упуская момент, которым живешь сейчас, который и является самым важным. Жгучее тепло, ток от прикосновений. Это не могло обманывать.
Но никаких размышлений, лишь ощущение, лишь то, что видишь перед глазами и чувствуешь кожей. Опьяняюще тепло и хорошо. И важно, что не только ему хорошо, а им обоим. Это главное. Без взаимности не случилось бы такого сильного притяжения. И нет смысла сейчас пытаться думать о том, что же девушка такое разглядела, почувствовала в Жене, что так чувственно отзывается на каждое его прикосновение, что сама сводит его с ума своим взглядом и поцелуями. Главное то, что она видела его настоящим, таким, какой он есть. Ни капли фальшивости или наигранности. И хоть между ним и Грейс шла загадочная и почти невидимая игра, но игры в них самих не было.
Она целует его вновь. Невозможно прерваться. Лишь на мгновение, чтобы перевести дух и заглянуть в глаза. Невозможно насытиться.
- А вдруг я тебя обманываю? – девушка чуть отклоняется и смотрит в глаза. Он же так же смотрит в глаза ей, внимательно смотрит. Слегка улыбается. Странной улыбкой, что создается такое ощущение, что он знает о Грейс что-то, что неизвестно больше никому. Он пока не спешит с ответом.
Чувствует ее руки в волосах, на шее, плечах. Кровь внутри становится теплее от каждого прикосновения. Не останавливайся. И если поцелуи и прикосновения доводят до такого состояния, что невозможно дышать… разве это может быть обманом? Нет конечно. - Ты же ничего обо мне не знаешь.
- Нууу…- он начинает говорить и ощущает, как все тело готово расплавиться, как оно тает от прикосновений ее пальцев. – Я знаю то, что мне нужно знать… Я это чувствую, - прозвучало уверено, ибо он не сомневается. Он не сомневается ни в себе, ни в Грейс.
Затем девушка отводит в сторону лямку бюстгальтера и смотрит в глаза Жени. Ждет того, что он сделает. Так провокационно, игриво, вновь на грани. Как и весь сегодняшний вечер – на грани эмоций. Его рука накрывает ее ладонь и медленно опускается по руке девушки, спуская лямку ниже. Останавливается у локтя. Ладонью проделывает такое же движение на другой руке девушки, прикасаясь к коже сильно, но в тоже время очень аккуратно. По плечу и ниже, опускает вторую лямку к локтю. Останавливается, смотрит слегка вопросительно и хитро. Он не специально чего-то выжидает и тянет, он наслаждается моментом. Наслаждается взаимной игрой, которая затягивает в себя все сильнее, как сладкий и тягучий мед.

Кажется, что мир прогнил до основания. Войны, разрушения, мерзость и грязь. Человечество гниет изнутри, но не замечает этого. Настоящие человеческие чувства и эмоции, часто ли их увидишь сейчас? Кругом слишком много фальши. Все пропитано фальшью, люди пропитались ею и уже не в состоянии жить иначе. В этом мире очень непросто быть настоящим. Быть самим собой. Женя же смотрит на Грейс и видит то, что уже так давно не видел ни в ком. Настоящие эмоции. То, что она чувствует - он видит по ее выражению лица, по ее взгляду, по ее смеху, по движениям и даже прикосновениям.
Как на заброшенном пустыре, где много мусора, где нет ярких красок, где все серое и унылое… и среди всего этого внезапно замечаешь яркий зеленый росток, который пробивается сквозь сухую землю и тянется на тусклый свет. Все не так безнадежно. Теперь лишь оберегать и заботится. Не дать засохнуть.
Живые эмоции девушки, кажется, сводили с ума не меньше, чем ее полуобнаженное тело. А общее сочетание разрывало напрочь. Такое состояние, когда чуть ли не трясет от эмоций.
- Уже ничего нельзя знать точно, - Женя слегка усмехается на фразу девушки, но по-доброму. Одно он знает точно, все, что происходит здесь - настоящее и живое. Без фальши. И если еще вчера и, правда, нельзя было быть во всем абсолютно уверенным, то сегодня все сильно поменялось. Он ничего не отвечает, лишь слегка качает головой, говоря как бы “ну кто знает”.
Оба они испытывают жажду по поцелуям. Пьешь и не можешь напиться, горло пересыхает за мгновения и хочется еще. Глоток за глотком. Так и здесь. Девушка сначала целует Женю в щеку, затем верхняя губа, потом нижняя. Кто и когда целовал его так? Настолько нежно, но в то же время настолько чувственно. Он не помнил, потому что вот так его никто не целовал. Грейс же словно все знала о нем, о том, как в очередной раз сводить с ума, как заставить гореть от желания еще сильнее. Закрыв глаза и утоляя жажду поцелуем, он чувствует, как Грейс заводит за спину его руки и свои, застежка легко находится и достаточно быстро расстегивается. Без всякой суеты, легким плавным движением.
Девушка встает с его колен, а бюстгальтер падает на пол. Лишняя одежда, от которой постепенно освобождаешься. Женя смотрит на девушку таким странным, довольным и несколько обалдевшим взглядом. Взглядом, который мог бы быть продолжением его русской фразы, сказанной немного ранее, взгляд, который мог бы сказать “вот это круто б**”. Эмоций через край, что тут поделаешь. Дело совсем не в том, что Женю удивлял вид почти обнаженной девушки, нет. Просто она продолжает открываться для него все больше. Ну и конечно красота ее тела, от которой сложно оторвать взгляд.
Женя выдыхает и, улыбаясь, поднимается вслед за девушкой, держа ее за руку.
- Ты не хочешь выпить? – кажется, что она с каждым мгновением лучше и лучше узнает все о нем и его желаниях. Она прижимается вплотную к Жене. Он чувствует кожей ее обнаженную грудь. Дыхание, кажется, замирает, затем становится тяжелым, учащенным. Женя немного опускает голову и от шеи девушки медленно двигается к ее уху, почти не касаясь, лишь слегка щекоча кожу и чувствуя ее запах.
- Очень хочу. Здесь так жарко, - шепчет он ей на ухо. А алкоголь лишь усилит жар. Впереди стоит столик с набором различных алкогольных напитков и фужеров. Продолжая обхватывать девушку за талию, он неспешно двигается к столику.
У столика он бесцеремонно сдвигает все бокалы в сторону, освобождая место на столе и усаживает Грейс на стол, сам же стоит совсем рядом, между ее коленей. Затем берет в руки бутылку, осматривает. Первая бутылка его не устроила. Нужно что-то покрепче. Берет следующую. Коньяк. Красивого темно-бронзового цвета. То, что нужно. Он открывает пробку, делает глоток. Жгучий, горьковатый алкоголь медленно растекается внутри. Привкус остается на губах. Она должна попробовать. Женя наклоняется к девушке, накрывая ее губы поцелуем.
- Ну как? – спрашивает он, слегка отстранившись и протягивая девушке бутылку. Опять же несколько провокационный вопрос. Неосознанный. Разум покинул эту комнату, поэтому все лишь на ощущениях.

Бесконечность и отсутствие какого-либо времени, свое собственное пространство. Необычно, завораживающе. Двое людей, находящихся в этой комнате оставили весь мир за закрытой дверью. Оставили там и забыли о нем. Потому что есть вещи намного важнее.
Они наслаждаются моментом, наслаждаются друг другом. Растворяются в происходящем. Движения, прикосновения становятся более плавными, более чувственными. Так же плавно как коньяк разливается в организме, растворяется в венах, обжигает и дарит тепло, делает кожу еще более чувствительной, учащает сердцебиение, крадет весь оставшийся в легких воздух. Без помощи лишних слов они узнают друг друга все лучше, погружаются в друг друга глубже. И они хотят усиливать все. Сильнее, ближе, жарче. И Женя и Грейс хотят этого. Воздух так и пропитан обжигающим желанием с запахом коньяка.
Девушка обхватывает Женю ногами, придвигая его ближе к себе. Теперь всегда хотелось ближе, чтобы соприкасаться телом, стоять рядом уже недостаточно. Она снова захватила его, но ему это безумно нравится. Каждый их них по очереди, не договариваясь, совершает сводящие с ума действия, коварные и возможно даже неосознанно провоцирующие. Все взаимно. Но без всяких договоренностей и плана действий. Сценарий импровизаций, который понятен лишь им двоим. Казалось совершенно чем-то нереальным то, как за такой короткий срок Женя и Грейс могли прочувствовать друг друга настолько сильно.
Он улыбается и с таким хитрым прищуром наблюдает за девушкой и ее действиями. Она же пододвигает ближе ведро со льдом, берет один кубик. Проводит льдом по своей ключице. Взгляд Жени заворожено наблюдает за тем, как лед, соприкасаясь с горячей кожей девушки, начинает таять, оставляя капли воды, одна из которых медленно стекает вниз по коже.
- Хочешь? – ее голос отрывает от созерцания соблазнительной картины. Но есть ли смысл отвечать? Она ведь уже знает ответ из его взгляда. Поэтому ответа не дожидается и прикасается кубиком льда к его обнаженной коже. Проводит у ремня брюк, по животу, по груди и выше к шее. Тело слегка вздрагивает ото льда, который обжигает. Оно сейчас и так слишком чувствительно. Женя делает глубокий вздох. Плавные движения ее рук скользят кубиком льда по его телу. Лед сталкивается с жаром и пытается его хоть немного охладить. Подобное столкновение отзывается легкой дрожью по коже. Капельки воды стекают по телу. Но ощущение такое, что даже если Женя опрокинет на себя все ведро льда целиком, это лишь на мгновение разбавит жар. Хотя даже такая временная дрожь безумно приятна, она дарит новые сильные ощущения. Женя накрывает руку девушки своей ладонью и плавно двигает ее по своей груди, по шее. Пусть лед растает полностью. Через мгновения остаются лишь капли воды. Он еще раз проводит ее ладонью по телу. Дрожь вновь начинает отзываться теплом.
Женя подается чуть вперед.  Ближе к ней. Тем самым девушка перемещается в горизонтальное положение и почти что лежит на столе. Затем берет в руки бутылку с коньяком. Взгляд спрашивал – Хочешь? Он наклоняется чуть ниже, проводит горлышком бутылки по ее груди, едва касаясь кожи, почти неуловимое прикосновение. Двигается вверх по шее, но до губ дойти так и не успевает. Бутылка чуть скользит в руке, горлышко наклоняется, и темно-бронзовые капли коньяка рассыпаются по шее Грейс.
- Пролилось… - он загадочно улыбается, пытаясь сделать такой вид, что он здесь совершенно не при чем и виновата лишь бутылка. – Но я знаю, как все исправить, - говорит он, не спуская глаз с девушки, бутылку ставит чуть в сторону. Наклоняется еще ближе, прикасается губами к ее шее, собирая губами капли алкоголя. Горечь коньяка не чувствуется, на ее коже он становится слаще и еще приятнее на вкус, однако опьяняет гораздо сильнее. Пить алкоголь с кожи Грейс… хотелось, чтобы так продолжалось бесконечно.

Вот казалось бы, откуда идет такая уверенность в действиях, в словах, во взглядах и поцелуях. Обычно ведь люди долго узнают друг друга, прежде чем начинают понимать и чувствовать. Да что там, сам человек в себе и своих ощущениях не может разобраться. Тут же совершенно удивительное взаимодействие. Кажется, что уверенность идет откуда-то из глубоко-скрытого и тайного подсознания. А взаимодействие и соприкосновение двух подсознаний разгорается яркой вспышкой. Вспышка, которая светит все ярче и разгорается все жарче.
И присутствует в этом все что-то такое интригующе-запрещенное, что, безусловно, только обостряет и накаляет все ощущения до предела. Слишком сильные ощущения и реакции тела, до того сильные, что вот-вот и по коже начнет бегать некий алкогольный ток. Взрывная смесь.
Именно Грейс удалось открыть и выпустить на свободу подобные проявления эмоций у Жени. Которые всегда были с ним, только где-то внутри, которые он может, неосознанно скрывал в себе, не хотел показывать и дарить каждой. Но он никогда не играл, всегда был настоящим, но все же немного не таким, как сейчас. Менее чувственным, более резковатым.
Невозможно оторваться от кожи Грейс. Покрывать поцелуями. Страстно, жадно. Словно боясь пропустить хоть миллиметр обнаженной кожи. Женя чувствует, как девушка запускает пальцы в его волосы, перебирая их. Еще больше сводит с ума. Внутри все начинает приятно скручивать. Как может быть еще приятнее? Но Грейс знает, как можно это сделать. Казалось, что она видит его насквозь и знает о нем все. Даже, то, как она перебирает его волосы. Разве кто-то еще мог сделать так, как она? Нет, таких не было.
Руки девушки движутся вдоль тела Жени, добираются до ремня брюк. До молнии. Легкие движения рук и штаны начинают медленно опускаться вниз. Женя чувствует это и отрывается от тела девушки, но не успев насытиться им. Невозможно насытиться.
Он с некой долей игривого удивления смотрит на нее. Она же игриво улыбается.
Женя приподнимается, а штаны продолжают медленно сползать. Он ничего не пытается предпринять, пускай себе сползают. Ведь даже интереснее, когда штаны сползают именно медленно и как будто даже сами по себе. Грейс ведь совершенно случайно нашла эту самую застежку. Череда волнительных игривых случайностей, кажется, только начинает набирать обороты.
Женя делает вид, что он серьезно задумался над вопросом и пытается найти выход из положения. Небрежное взлохмачивание волос – так думать лучше.
- Я думаю, что вместе мы сможем понять, как решить… - произносит он, а ладонью плавно проводит по обнаженному животу Грейс, поднимается выше, по груди, затем слегка заводит ладонь ей за спину, чуть приподнимая девушку, -… эту проблему, - продолжает он. – Ты ведь поможешь мне? – он выдыхает слова в ее чуть приоткрытые губы и придвигает девушку вплотную к себе, ладонью проводя по ее спине.
Последнее мгновение и штаны наконец-то падают на пол.

С удовольствием вестись на провокации и провоцировать самому, безумные провокационные вопросы и фразы… провокации, которые так и обжигали желанием. Их особое общение, личное, которое они разделили только на двоих. Как же прекрасно осознавать то, что без кучи ненужных слов тебя прекрасно понимают. Не то, чтобы Женя не любил разговаривать, но часто люди говорят слишком много, много пустых и ненужных слов. Лишнее. Лишь оболочка, за которой многие пытаются спрятаться и скрыть себя настоящего. Грейс же продолжает поражать тем, как она открывается перед Женей, то, как она ведет себя, то, как ее тело отзывается на его прикосновения. Да они ведь оба сгорают от страсти. Невероятным образом  действуют так, что все сильнее продолжают открываться друг перед другом и перед самими собой в том числе.
Как там Кроули говорил? – Твой выигрыш – ее танец специально для тебя. Приватный танец, до которого дело пока так и не дошло. Хотя почему бы то, что происходит в комнате не назвать танцем? Вполне можно. Необычный жгучий танец с плавными, но невероятно чувственными движениями. Никто ведь не уточнял, какой именно должен был быть танец. Так вот сейчас, это своеобразный танец Грейс и Жени. Они двигаются в своем ритме.
- Ты очень сильно этого хочешь? – спрашивает девушка Женю, говорит это прямо ему в лицо, рядом с его губами. Он улыбается, потому что вновь провокация. И как же он кайфует от этого. Просто словами не передать. Он слегка приоткрывает рот и приближается к ее губам. Почти вплотную. Хочет прикоснуться и поцеловать, но не целует, лишь обжигает дыханием, чуть отстраняется. Тоже своего рода провокация. Он выжидает, внимательно рассматривает ее лицо, наслаждается моментом.
- А разве по мне не видно? – он слегка касается пальцем ее груди и проводит вверх по шее. Как же он хочет этого. И слово сильно не передаст вообще ничего. Он просто охвачен горячими ласками до безумия. И по нему это прекрасно видно. По лицу, взгляду, да и по телу конечно тоже, по всему. Да с него хоть картины писать на тему “Как выглядит человек, поглощенный безумной сжигающей страстью и ласками”.
Грейс же вновь разворачивает Женю так, чтобы можно было сесть на него сверху. И опять же она угадывает его желания. Ведь даже, когда она сидела на Жене на диване, когда еще вся одежда была на них, то тело уже говорило само за себя. Сгорало и почти дрожало. Жене просто сносило голову, когда девушка сидела на нем. Когда она внимательно смотрела ему в глаза сверху вниз. А он мог видеть ее еще лучше. И какая же невероятная и возбуждающая картина открывалась его взгляду.
- А мне ты не поможешь? – c этими словами она кладет его руки на свою аппетитную часть тела, которая почему-то до сих пор оказалась покрыта одеждой. Небольшое упущение, которое совсем легко исправить. А Женя ведь только счастлив помочь. У них ведь все взаимно. Она помогла ему со штанами, хоть и, конечно же, случайно, а он поможет ей.
- Я уже спешу на помощь, - он повел бровями и слегка улыбнулся. И действительно, помощь не заставила себя ждать. Ладони сильно сжимают ее задницу и
стягивают ниже ее черные трусики. Он чуть наклоняется к Грейс, слегка приподнимает ее ногу, обхватывая ладонями и протягивая через нее совершенно лишнюю деталь нижнего белья. Уже почти. Такие же маневры проделывает и с другой ногой девушки, не упустив возможности руками прочертить плавный силуэт ноги. Вот теперь ничего лишнего, чтобы могло хоть как-то помешать. Он откидывает в сторону ненужную вещь. И почти укладывает Грейс на себя, чтобы она касалась его всем телом.
- Я ведь хорошо справился? – он даже не говорит это, а выдыхает. Нормальным голосом говорить все сложнее и сложнее, слова даются все сложнее. Ну вот как все может усиливаться, когда казалось недавно был уже предел возможной страсти? Но оказывается, может. И усиливается. И это не предел. Тут вообще нет возможных пределов. Совсем.

Некоторые люди обладают удивительным свойством - зажигать других, разжигать в них интерес, пробуждать эмоции. Без огня и спичек, ведь они сами как огонь могут действовать. Вот Женя обладал этим свойством. Он и сам в себе разжигал необходимые эмоции, ибо не встречал он никогда человека, который смог бы разжечь его чувства. Никого не ждать и не надеяться ни на кого, лишь на себя. И он даже привык жить так. Хоть где-то глубоко в себе он спрятал свое желание - найти ту, которая сама смогла бы разжечь в нем огонь. Почти убедил себя в том, что все и так отлично. Сколько раз он был с девушками, которые почти не вызывали у него никаких чувств. Казались ему тусклыми и безжизненными. В такие моменты, он как раз сам разжигал в себе эмоции, иногда помогая себе алкоголем. У большинства людей пропала жизнь из глаз. Вот поэтому уже не ожидаешь ничего. Как раз в такие моменты часто и происходят необычные прекрасные вещи. Грейс же удалось одним лишь прикосновением разжечь огонь, заставить дрожать все внутри, почти доводя до дрожи и тело. Осознание этого, раскрошило остатки разума, превратило в пыль и унесло в далекие заоблачные дали. Грейс открывала в Жене новые для него, а может просто забытые ощущения, открывала и выпускала на свободу. И ведь все абсолютно взаимно… Женя, конечно же, чувствовал, что тоже открывает совершенно новые сильные ощущения для Грейс. Они вдыхают жизнь в друг друга и вместе пробуют абсолютно новую для них жизнь.
Грейс не отвечала на вопросы. Это ведь абсолютно не нужно. Женя и так знает и видит перед собой все ответы. То, как девушка смотрит, ее эмоции на лице, ее движения, все это гораздо сильнее любых слов. Девушка закусила нижнюю губу и улыбнулась. Это было настолько искренне, настолько мило, что казалось чем-то совсем нереальным в этом суровом мире. Женя улыбается в ответ и заворожено смотрит на Грейс. И непривычно-забытое чувство нежности разливается внутри. Когда он еще к кому-то чувствовал нежность? Невозможно ответить на этот вопрос. Может, Женя слишком суров для этого, однако Грейс продолжает пробуждать в нем такие необычные теплые чувства.
Девушка чуть приподнимается, берет бутылку с коньяком и делает глоток. Женя смотрит на всю эту картину, с трудом делает вздох, ибо зрелище поднимало температуру тела еще больше. Она совсем близко к лицу, он почти чувствует коньяк на ее губах, он уже готов получить порцию горячего алкогольного поцелуя, но девушка вдруг перемещается ниже, к подбородку. Женя слегка улыбается, ибо да, так и должно быть. Сводящие с ума коварные действия продолжаются. Влажные поцелуи касаются подбородка, ключицы… кожа почти вздрагивает и, кажется, что даже чувствует не только прикосновение мягких губ, но и их вкус. Кажется нереальным? Однако все это правда. Она опускается ниже. Грудь, сосок, основание ребер. Ощущение усиливаются. Остается лишь слегка облизнуть губы, которые уже явно скучают по поцелуям и продолжать дышать, хотя с каждым моментом все сложнее и сложнее. Тяжелое дыхание.
Руки же уже не могут не прикасаться к Грейс, поэтому пальцы продолжают гладить ее спину. Поцелуи Грейс спускаются еще ниже. Живот… и ниже живота. Ощущения усилились настолько, что уже начинаешь забывать о том, кто ты, где ты и на какой планете ты сейчас находишься. Чувствовать ее губы еще и еще. Руками слегка прикоснуться к ее волосам. Бесконечность вселенных – именно через такое количество времени (да, обычное время потеряло всякий счет. Страсть поглотила абсолютно все понятия о пространстве и времени) Женя чуть приподнимается, обхватывает девушку за талию, несколько властно и страстно усаживает на себя. Ее лицо совсем вплотную к его лицу. Он смотрит ей в глаза. Его взгляд выражал слишком много чувств сразу, к тому же был опьянен девушкой и затуманен страстью. Он не может сдерживаться -  целует ее в шею, рядом с ухом. Горячо. Вновь придвигается к ее лицу, ближе к губам. Берет в руки бутылку, делает глоток. Коньяк выливается и на ее губы, ибо они слишком близко. Манящая близость губ. Выливается и на их обнаженные тела, по шеи, по груди…Женя небрежно отодвигает в сторону бутылку, пусть не мешает, ее место в стороне. Бутылка чуть пошатнулась и обиженно позвякивая, чуть не упала со стола. Да плевать на нее, пускай падает. Женя чуть отодвигает волосы с лица Грейс, а взгляд как бы спрашивает, готова ли она стать еще ближе, готова ли чувствовать его еще ближе. Ведь готова? Казалось, что еще немного и начнет трясти, от чувства ее обнаженного тела на его теле. Слишком сводит с ума. Слишком. Зашкаливает уже все, что можно и что нельзя.

Не запоминать, не придавать значения, не давать никому зайти дальше и подбираться близко к настоящему тебе. Лишь поверхностно. Ради момента, чтобы забыться и получать удовольствие. И вроде тогда все казалось правильным, так и должно быть. Убеждать в этом себя сильнее. Вереница из девушек на одну ночь (в редких случаях на две). Лица сменялись, обнаженные тела. Лишь расплывчатые образы и никаких конкретных деталей, ничего особенного. Нет, это не был поиск какой-то идеальной для себя девушки. Женя никогда специально не искал себе особенную девушку, ту, которая могла что-то особое в нем разжечь. Он даже сторонился этого. Ибо был уверен в том, что ничего хорошего не выйдет. Не хотел обжигаться, потому что знал, если он почувствует что-то новое для себя, что-то сильное, что начнет разрывать все внутри, то он не сможет уже контролировать себя, он с головой бросится эту пучину, которая поглотит без остатка и тогда он забудет уже обо всем на свете. Как же непредсказуема жизнь… как же все может измениться за мгновения. И вот тот самый поток из страсти уже поглощает полностью.
Возникают несколько забавные вопросы, ибо ведь раньше был лишь секс, все ради удовольствия… но. Это самое “но” большими буквами. Сейчас и тогда. Здесь секс во взглядах и прикосновениях, экстаз от прикосновений к волосам и близости губ. А что же было тогда, раньше? Становится забавно. Чувствуешь себя новичком, который только сейчас понял что такое настоящее удовольствие. И как же раньше ты ошибался. Да плевать, забыть все. Вычеркнуть все, что было раньше. Сейчас продолжать целиком и полностью отдаваться чувствам. И полностью сгорать, заживо сгорать от наслаждения.
Везде сильный запах коньяка. В волосах, на коже. Придает коже еще более жгучее состояние, жгучий вкус.
- Сойди с ума… Вместе со мной, – шепчет она ему на ухо. Шепот щекочет ухо, а ее слова почти что заставляют тело вновь дрожать от удовольствия. Он закрывает глаза, улыбается. Прикасается губами к ее шее. Поцелуями пробует на вкус ее нежную кожу. Невозможно остановится.
- Уже сошел… - шепчет он. Поцелуй в мочку уха. – …и сойду с ума… - губы опускаются чуть ниже на шею. – снова и снова, - влажные поцелуи касаются ключицы, - … вместе с тобой, - проводит языком по ее шее, выше и выше. Останавливается у губ. Дыхание все тяжелее. И они сойдут с ума, уже и снова. Грейс с легкостью швыряет в сторону бутылку с коньяком. Осколки и алкоголь разлетаются по всей комнате. Женя улыбается. Даже как-то восторженно. Ведь это не просто бутылка разбилась, разбилось что-то из прошлого, что когда-то беспокоило или мешало. Вдребезги разбито. Теперь вновь наслаждаться и сходить с ума. Вместе.
Девушка  толкает Женю, и он вновь опускается на стол. Держит ее за талию, слегка поглаживая по коже. Она же проводит пальцами по его груди, опускаясь ниже. А ее взгляд сказал за нее все. Больше ничего не нужно абсолютно. Опять же, вот этот ее взгляд возбуждал настолько, что с этим не сравнятся никакие ласки случайных девиц из прошлого. Одно мгновение на какие-то безумные мысли в голове. И внезапное решение. Он привстает, несколько меняет положение девушки, вновь усаживая ее на стол, встает между ее ног. Прислоняется ближе к девушке, обхватывает ее за спину. Смотрит на ее лицо, на губы. И сейчас ближе чем никогда. Входит в нее. Чувствует ее настолько близко. Легкая дрожь по телу. Быстрый поцелуй в губы и размеренные и в то же время сильные движения. Тяжелое дыхание, кажется, запуталось где-то внутри и не может найти выход. Взгляд затуманился от ощущений, лишь лицо Грейс отчетливо перед глазами. Она на фоне бесконечных вселенных.

Горящие свечи. Пылают ярким обжигающим светом. Свет и тепло, а чуть ближе обжигает. Зажглись без искры спичек или зажигалки, зажглись об искры друг друга. Пробежала искрящаяся волна и вот уже разгорается пожар. Пожар из уже совсем необузданных чувств, неконтролируемых. И кожа вся, словно, покрывается горячим воском от свечи. Уже не просто капает, а льется на кожу. Сильно обжигая горячим огнем. Но воск не застывает на коже и не становится холодным, как обычно. Он льется и остается обжигающим. Приятно-обжигающим. Просто до безумия. Поцелуи и прикосновения как горячий воск, который кажется, образует новый слой кожи, которая становится все более и более чувствительной, более отзывчивой. И не только новая кожа, а нечто большее. И в Жене, и в Грейс открылось это новое и сильное, пришло осознание, уверенность, открылась иная жизнь, которая обязательно изменит все в лучшую сторону.
Женя всегда умел наслаждаться жизнью, какой бы она не была. Сам этому научился уже много лет назад и понял, что иначе никак. Умел радоваться и приятным мелочам и много чему другому. Искренне, страстно, не скрывая эмоций. Но то, что он испытывал сейчас, это совершенно новое. Он не думал, что близость с девушкой может быть такой, и что это настолько будет сводить с ума, что разума не останется, а обрывки слов вырываются сами собой. Что перед глазами исчезнет и растворится время и реальность, что будут лишь они двое, которые поглощены в страсти друг друга.
Ее пальцы впиваются в спину. Хотелось сильнее. Хотелось, чтобы пальцы царапали кожу. Да что там… хотелось, чтобы они проникли под кожу. Чтобы были еще ближе, чтобы они проникли под тот самый новый слой кожи. Хотелось чувствовать девушку везде. Хотя он и так чувствовал, он двигался в ней. Каждое движение приносило наслаждение, поэтому не быстро, но сильнее, чтобы наслаждение становилось больше. Ненасытный Евгений. О да. Грейс пробудила в нем это качество, которое останется уже навсегда. Вечный голод по ней. По Грейс. Голод сопровождается быстрыми отрывистыми поцелуями. Как его, так и ее. Невозможно ведь просто смотреть. Необходимо прикасаться.
И вновь внезапные перемещения, которые происходят весь сегодняшний вечер. Которые приносят полную свободу действий, лишь слегка меняя положение и обостряя чувства. Грейс опрокидывает Женю на стол и садится сверху. Он совсем не против, наоборот. Он ждал этого момента, хотел, чтобы она сама это сделала, чтобы он снова опирался спиной о стол, чтобы она сидела сверху, потому что и ранее то эта картина сводила с ума до такой степени, что тело дрожало, а что говорить сейчас. Ее движения вперед и назад, обнаженное тело, чуть запрокинутая голова, пряди волос, касающиеся шеи. Он смотрит, тяжело дышит. Но мало ведь просто смотреть. Поэтому Женя проводит по ее талии, по животу, поднимается выше, проводит по груди и уже не может остановиться. То плавные движения, то чуть сильнее.
Лишь одними губами повторяет за девушкой, - ..хочу, - единственное ощущение, которое могло выразиться хоть какими-то словами, точнее словом. Все и так понятно. Они хотят друг друга. Так сильно. Даже сейчас, когда он в ней. Ее движения накатывают как волны, волны сильного наслаждения, которые все ближе и ближе. Пальцы плавно переходят от груди ниже, на бедра, обхватывают сильнее, как бы прижимая ближе, несколько усиливая движения.
Ранее были проблемы застежки, брюк, пролившегося на грудь коньяка и лишней одежды, проблемы, которые решились совместными усилиями почти сразу, но есть то, что уже не решится. Их вечная ненасытность в поцелуях, движениях и в друг друге. Пусть это не решится никогда.

Предметы, цвета, полумрак комнаты давно перемешались и слились воедино. Темные цвета плавно переходили в друг друга, образуя несколько нереальные сочетания. Яркие, кричащие, напористые, но в тоже время плавные, легкие. Словно все эмоции Жени и Грейс выплескивались наружу, создавая в комнате свою особенную вселенную. Это их вселенная. Их мир. Все в помещении слилось воедино, и они слились воедино. В их танце.
Вздохи выливаются на кожу горячим поцелуем. Опять же, хотелось сильнее. Хотелось, чтобы ее губы проникли под кожу. И ведь почти так и есть. Ведь по ощущениям ее губы растворяют, прожигают кожу.
- Ты прекрасный танцор, - на выдохе, даже на крике произносит девушка. Задыхаясь. Как и он задыхался. Он догадывался, он знал. Но все лишь благодаря Грейс. С ней он открылся, с ней танцевал под музыку, которая одновременно звучала внутри них и которая прорывалась наружу. Для них определенно прорывалась. Ведь они слышали ее и двигались в одинаковом ритме. Он как-то странно улыбается. Резко приникает к ее шее, быстрый поцелуй куда-то под ухо. – Такой же, как и…- тяжелое дыхание в ухо, вновь отрывистый поцелуй в шею, - ты, - с трудом заканчивает он фразу. Губы чуть слегка прикасаются к коже. Носом втягиваешь ее запах, дышишь ею.
Разлившаяся в воздухе палитра эмоций начинает сильно пульсировать, цвета быстро меняются, перетекая из одного в другой, образуя психоделичные движущиеся картины рек. Или это вены с кровью. Кровь внутри переливалась именно таким образом. Всеобщее безумие. Прекрасное безумие. Внезапное. Выплескивающийся адреналин. И неожиданно и резко девушка движется в сторону, и они скатываются со стола. Свободное падение и слегка кружится голова от ощущений и адреналина. Может и стол вместе с ними отправился в свободное падение, может вся комната, а может и весь мир. Но какое им до этого дело. Осколки от бутылки и коньяк на полу. Кожа спины чувствует и то и другое. Осколки впиваются в спину, освобождая кровь, которая сразу же соприкасается с алкоголем на полу. Прижигает. Алкоголь смешивается с кровью. И это дарит настолько сильные ощущения. Боль, граничащая с неконтролируемым наслаждением. Женя вот просто восхищен тем, что делает Грейс. Если бы он был в состоянии, он бы подарил ей овации и множество восхищенных слов, которые в данный момент абсолютно лишние. Поэтому он лишь яростно впивается ей в губы. Сильно, долго. Отстраняется лишь из-за нехватки воздуха. Девушка же продолжает двигаться на нем под ритм их музыки. Волны удовольствия начинают накатывать все чаще и чаще. Он же видит кровь на ее пальцах, хотя не видит, скорее чувствует. Берет ее ладонь в свою. Осматривает, сжимает в своей руке. Но просто смотреть ведь недостаточно? Просто прикасаться уже тоже недостаточно. Пробовать на вкус. Только так. Хотелось же проникать под кожу? Женя прикасается губами к ее пальцам. Сначала слегка, затем сильнее. Проводит языком, слегка прикусывая. Чувствуется вкус крови на ее пальцах. Сводит с ума. Возможно, именно так чувствуют себя вампиры, когда пьют человеческую кровь. Он не может остановиться, хочет поцелуями попробовать всю кровь на руках Грейс. Безумство захватывает. Вселенная пульсирует, как и их тела. Еще немного и волны удовольствия накрывают с головой. Тяжелые вздохи, быстрые движения. Пульсация взрывается. Все взрывается. Волна оргазма накрывает полностью. То ли тяжелый вздох или выдох, то ли полустон и Женя утыкается лицом ей чуть ниже шеи. Все тело готово биться в приятных конвульсиях и судорогах, содрогаться от наслаждения. Жар, перемешанный с приятной прохладой, безумно носится по всему телу. А Женя, обхватывая девушку за спину, все так же тяжело дышит у нее на груди. Полностью наслаждаясь и растворяясь в ней и в том, что творится с ними сейчас.