Итак, в доме Байера уже несколько дней жила Лилиан, сестренка его лучшего друга, который едва ли не каждые пять минут звонил Рихарду, чтобы узнать, как поживает девушка. В итоге Рихард не выдержал и высказал Фросту, что его сестра уже не маленькая девочка, а взрослая женщина, которая может сама решить, когда ей говорить с братом. Вчера днем она перестала быть маленькой девочкой точно, причем в абсолютно добровольном порядке, Рихард лишь указал ей правильную дорогу. К тому же, не смотря на то, что Лили достаточно критически относилась к себе в постели, Байеру доставило удовольствие её поведение, да и тело как таковое. Конечно, он не очень любил девственниц, их приходилось всему учить, говорить как и что надо делать, потому как редко они прислушивались к голосу матери-природы. Вечером, после ужина, Рихард предложил Лилиан повторить попытку, убедив, что на этот раз всё будет не так больно. На этот раз они продолжили сумасшествие уже в комнате Рихарда, кроме того, Байер разрешил ей приходить сюда когда только вздумается, если станет одиноко или слишком страшно.
Сегодня Байер весь день дома, даже работать не надо, значит можно и провести целый день с Лили, как он и поступил. Никаких намеков на секс, исключительно разговоры мирного характера: что тебе нравиться, какие фильмы любишь, как прошло детство, и так далее. Кроме того, Рихард убедил Лили, что не собирается постоянно жить между её ног, они будут вместе лишь с обоюдного согласия, но разговор о детях оставил на потом. Хотя, Лили могла заметить, что всё это время Байер не использовал презервативы, и не давал Лилиан какие-нибудь противозачаточные таблетки. Да и сам Рихард не особо верил в то, что у него получиться так быстро зачать ребенка с Лилиан.
Уже вечером Рихард выходил из душа. Мужчина планировал лечь спать по-раньше, чтобы восполнить требования организма. По своей комнате Байер всегда ходил без одежды, да и какой смысл одеваться сейчас, когда мужчина собирался лечь спать. Он стал вытираться полотенцем, выходя из душа в комнату, как увидел Лилиан, что-то активно ищущую на полу в его комнате. Байер первые несколько секунд с интересом наблюдал за девушкой, кажется, она его не услышала.
- Вечера, мисс Лили, ты что-то потеряла? - Байер закидывает полотенце на плечо, скрестив руки на груди. Он совершенно не обращал внимание на то, что девушка ещё не привыкла к внешнему виду своего жениха без одежды. - Помнится, я разрешил тебе заходить, но можно хотя бы стучаться, а то я могу так и остаться... без прикрытия.

Рихард никогда не думал, что его Лили, девушка, которая в первые же сутки пыталась сбежать, окажется такой скромницей в плане сексуального воспитания. Такое ощущение, словно она не росла в борделе рядом со своими братьями, которые были просто гуру секса и могли бы поделиться с сестрой парой-тройкой уроков. Но нет, всё как назло оставили Байеру, чтобы тот учил девочку не стесняться собственного тела и тела её мужчины.
Лили не сразу поняла, о чем говорил Байер, вернее, не сразу увидела его нагим, а реакция красавицы заставила мужчину широко улыбнуться, думая о том, что сегодня вечером в комнате будет достаточно жарко. Байер сделает всё, что от него зависит, лишь бы Лилс перестала чувствовать себя так, словно не он вчера лишил её девственности.
- Не кричи ты так! Прибежит охрана, которая решит, что ты снова пытаешься устроить побег на сексуальной почве. - Рассмеялся Байер, внимательно смотря, как Лилиан пытается сообразить, что ей делать. В тот момент, когда на лице Рихарда появляется самодовольная улыбка, девушка быстро отворачивается. Ну сама скромность. Эту бы скромность, да на другие цели, но да бог с ней, планы Рихарда на девочку это не меняло.
- Позволь заметить, ничего постыдного этого нет. Ты же не моя сестрица и не чужая для меня женщина. - Вот, первый намек на то, что Лилиан находится здесь не просто для развлечения, а что-то значит для хозяина города. - Лили... - Байер поднимает глаза к потолку, когда в его руках оказывается чистая простынь. А Лили достаточно наивная девочка. Ничто не способно изменить любовь Байера к хождению в собственной спальне в подобном виде. Даже новая и красивая невеста. - У меня есть пара лишних полотенец, они мне просто не нужны. - Рихард кидает полотенце с плеча и простынь на перекладину кровати и медленно подходит к девушке, которая по-прежнему боялась повернуться и посмотреть на мужчину. - Я понимаю, что для тебя это странно и постыдно, но придется привыкнуть. Или сюда. - Достаточно по-хозяйски мужчина поворачивает девушку к себе, крепко держась руками за её тоненькие ручки, тем самым лишая возможности прикрыть глаза. Через долю секунды мужчина целует её в губы, без стеснений прижимая к себе. Чувствуя, как растет возбуждение и желание, Рихард слегка отпускает Лилиан из объятий, но не дает окончательно отойти.
- Я всё равно хотел сегодня вечером пожелать тебе спокойной ночи, но думаю, что смогу сделать это чуть позже, обнимая тебе здесь. Хочешь переночевать в моей комнате, мисс Фрост? - Усмехнулся Байер, проводя пальчиком по тоненькой шее девушки, не без удовольствия отмечая, как она пытается зажмуриться, чтобы не смотреть либо на тело Рихарда, либо в его глаза.

Наивная глупенькая девочка, ей ещё только предстоит узнать о том, что Рихард Байер не терпит отказа, даже если влюблен по уши. Этот факт был подтвержден вчера, когда мужчина впервые опробовал свою девушку, свою новую собственность, но слово "рабыня" сюда никаким макаром не подходило. Слух грело слово "невеста" и "жена". Мужчина смотрит на отчаянные попытки этой девушки что-то сделать, например, прикрыть его или самой закрыть глаза, а когда девушка говорит достаточно опрометчивую фразу, по его лицу медленно, но верно расползается идиотская улыбка. Конечно, если было бы очень приятно, если девушка будет голенькой расхаживать по его спальне. У Лилиан красивое тело, красивая комплекция, так почему бы и не воспользоваться этим? Она говорит, а Рихард лишь слегка кивает, мол, говори что хочешь, девочка, а я всё равно сделаю по-своему.
И всё же какая-то странная эта Лили. Секунду назад она всем своим видом говорила, что не собирается спать с ним, а теперь сама расстегивала кофточку, целуя мужа в губы и теперь уже без стеснений прижимаясь к нему. Байер помогает ей избавиться от кофточки и лифчика. При виде обнаженной части тела своей жены, Рихард почему-то начинал звереть. Ему хватило секунды, чтобы завались девушку на кровать и устроиться сверху между её ножек, которые всё ещё были спрятаны в облегающие джинсы.
Надо бы выкинуть из её гардероба все брюки... в юбках она намного сексуальнее... - Мелькнула мысль у Рихарда, и тот стал жадно целовать её в губы, массируя руками её грудь, слегка пощипывая соски. Желание появилось слишком быстро, слишком яростно, Рихард уже не мог ждать какого-то знака, чтобы продолжить это безумие и как можно быстрее стаскивает с девушки брюки и трусики, после чего достаточно резко входит в девушку. Интересно, когда она успела настолько возбудиться, что фаллос мужчины скользил в неё как нож по тающему маслу?
- Сегодня не будет уроков, будет лишь слегка болезненное удовольствие. - Предупреждает её Рихард, прежде чем начать грубо двигаться в девушке. Сегодня одно удовольствие и никаких попыток придать действиям нежности. Байер просто обязан был показать Лили все стороны сексуальной жизни, ведь без этого тоже невозможно строить отношения. Закинув её ножки к себе на плечи, Рихард быстро двигается в ней, иногда останавливаясь, когда дыхание срывается после очередного стона, чтобы поцеловать её. Прижимаясь к ней всем телом, мужчина жадно целует её в шею, одной рукой мнет её кожу на ягодицах, но ей слишком рано, чтобы узнать подобную сторону секса, так что пусть пока наслаждается.

Чтобы у Лилиан не создавалось впечатление, что её собираются изнасиловать или попросту поиграться, Рихард слегка приподнимается, держась обеими руками о кровать, и продолжает резкие движения внутри девушки. Несомненно, доля нежности присутствовала, иначе бы Лили сейчас не стонала, а плакала от боли, ей слишком рано для подобных ощущений. Может быть чуть позже, через несколько недель, когда Лили перестанет стесняться собственного тела и будет свободно отдаваться собственным ощущением. А пока Рихард будет очень осторожным. Конечно, у него всё ещё есть Сильвена, девушка, которая теперь ходит тише воды, ниже травы, пытаясь иногда вернуть внимание Байера на себя. Она знала, что пока Лили не научиться всему, Рихард будет искать полной отдачи от других женщин в особняке и первая из них будет Сильвена. Байер не хотел отдавать никуда девушку по доброте душевной, да и не за чем, потому что Сильвена всё ещё могла постараться соблазнить хозяина и родить ему наследника, потому что не смотря на свою любовь к Лили, Рихард бы не отправил в бордель мать своего ребенка, даже будь то девочка. Но с каждым движением, прикосновением, отдачей, Байер всё больше и больше привязывался к девушке, понимая, что не сможет изменить ей, придется что-то менять в себе. Однако, Рихард обязательно обдумает это, потому что вырабатывать эту привычку достаточно тяжело. Они обязательно поженятся, может даже обвенчаются, не даром Байер столько лет обдумывал эту стратегию.
И всё же сама Лили тянется к нему, чтобы получить новую порцию страстных поцелуев и прикосновений, и Байер не может отказать ей в этом, она хочет ещё и получает ещё. Всё больше и больше ощущений. Мужчина не хочет менять позу, потому что ему ещё слишком хорошо, чтобы вообще отрываться от этой девушки. Всё заканчивается как-то быстро и странно, такое ощущение, что это происходит не с ним, а с каким-то другим человеком, впервые за столько времени Байер утомился физически после секса, и это случилось не из-за того, что ему не понравилось. Мужчина не спешит покидать её лоно, продолжая целовать её в губы, шею, грудь, лишь только после этого обряда он выходит из девушки. Лилиан тоже выглядит утомленной, было заметно, как начинают слипаться её глаза. Байер берет девушку на руки и относит в душ, где производит самостоятельно все необходимые процедуры, чтобы смыть пот и сперму с их тел, крепко держа девушку одной рукой. Ещё не хватало, чтобы она уснула прямо в душе. Уснула Лили как только Рихард завернул её в простынь и уложил на кровать по удобнее. Казалось бы для полноты картины девушке не хватало какой-нибудь мягкой игрушки, но вместо этого Рихард прикрывает низ своим полотенцем и идет в её комнату за топом и коротенькими шортиками, в которых она спала. Переодев девушку в одежду, Рихард ложиться рядом, и укрывает обоих одеялом, по-хозяйски положив руку на талию красавицы, и через минуту спал детским сном.
Проснулся Байер намного раньше Лили, такое ощущение, что всю ночь они пролежали в одной позе. Вид спящей Лили приводил в умиление, Байер даже не выдержал и поцеловал девушку в губу, но девушка никак не отреагировала. Мужчина принялся одеваться в свою любимую одежду - черные джинсы и рубашку, потому что уезжать сегодня никуда не собирался, напротив, был не прочь провести день с Лили. Спустя пару минут он уже снова лежал на её кровати и дожидался пробуждение, специально для этого даже открыл шторы на окнах. Лилиан стала переворачиваться, и так получилось, что оказалась лежащей головой на Рихарде, неосознанно обнимая его во сне. Байер не сумел сдержать наглую улыбку и произнес:
- Доброе утро!

Утро действительно выдалось достаточно странным, такое ощущение, что Лили не была рада проснуться рядом с Рихардом в его спальне, а мечтала переместиться к себе в комнату с решетками на окнах. Гадость, конечно, Рихард помнил, как бесилась Лилиан, потому что считала эти железки унизительными, но Байер ничего не могу поделать с эти, а говорить, что это делалось для её безопасности бесполезно. Мисс Фрост была настолько упряма, что Байер был готов хоть сейчас капитулировать, так как привык всегда воспитывать своих жен и любовниц одним и тем же методом - кнутом и пряником. И по-хорошему, ему надо было в первый же день высечь Лилиан так, что никогда бы в жизни не подумала убежать от своего хозяина, ходила бы перед ним на задних лапках и радовалась тому, что тот смотрит на неё и хочет её. Но нет же, Байер каким-то мистическим образом поддался её чарам, теперь он ходил за ней на задних лапках и был готов сделать что угодно, лишь бы она отдалась ему. Черт, с этим надо что-то делать, иначе я так быстро привыкну и стану мягкотелым, а Лили не дурочка, воспользуется ситуацией не без удовольствия... А Фрост потом ещё и посмеется, что хозяин города не может справиться с подростком, у которого просто зашкаливают гормоны.
Не сдержав широкой и наглой улыбки, Рихард смотрит, как Лилиан пытается прикрыться, словно Байер был совершенно чужим мужчиной, ночью у них не было бешеного секса, а на днях не лишил её девственности. Оно, конечно, приятно осознавать, что являешься первым у такой красавицы и что она по всем законам принадлежит тебе, но с её характером действительно что-то надо было делать! Осмотрев её с ног до головы, Байер произнес:
- Покажи мне то, что я не видел и заплачу доллар. - Улыбнулся мужчина, положив под голову обе руки и с удовольствием рассматривая красивые формы девушки, которые были видны даже под одеялом. - Лилиан, что с тобой, я твой мужчина, ты моя женщина, так чего же стыдиться или бояться. Хочешь сказать, что твоя природная скромность не дает показывать жениху своё тело? - Рассмеялся Рихард, кто бы знал, как ему было приятно смотреть на её растерянное лицо. Мужчина повернулся на бок, доставая из тумбочки два простых обручальных кольца и протягивая одно из них девушке.
- Я знаю, что всё должно быть по другому и надо было сразу тебе сказать об этом, как только ты оказалась в доме. Но я не хочу, чтобы кто-нибудь другой думал, что тобой можно пользоваться. Тоже самое будет относиться и ко мне. Не люблю я эти браки, с недавних пор я перестал в них верить. Однако, мы сможем обвенчаться, если ты не против. Моя мать когда-то в детстве в тайне от отца крестила меня и потом Кэтрин, да и Даниэль сказал, что ты тоже верующая. Выбор за тобой. - Рихард одел на её безымянный пальчик колечко и протянул ей своё. Оригинальный способ окольцевать девушку, особенно в таком месте и такими словами, но Рихард не врал - в брак он больше не верил и женился на своих рабынях лишь тогда, когда узнавал, что они беременны. Лили не беременна, возможно, им только удастся зачать ребенка такими темпами в ближайшее время, но Байер не хотел спешить, хотел лишь доказать, что она не просто личная собственность, а значит для него нечто большее.