Исчезновение (назовем его так) Кэтрин Байер совершенно выбило его из колеи, но помогло в одном - оставить на время свою депрессивную женушку, которая все свое время стала проводить с малышом - Нэйтаном, позабыв о собственном муже, которому, к лову, тоже требуется ее внимание, и поехать в бордель - намылить шею младшему братцу. Кэтрин была его второй младшей сестричкой, некоторое время даже ходила у него в невестах, сестричка, которую он любил и уважал, она же и была главным залогом Маркуса в том, что ее брат будет хорошо относиться к Лилиан. Это соглашение не нравилось Фросту потому, что Кэт оказывалась словно в заложниках и жила в месте, которое для нее никак не подходило. Однажды он предложил ей переехать в особняк и решить ее проблему, потом вернув ее домой, но девушка отказалась, потому что считала, ... не знаем, что она там себе считала, но исходом мы имеем то, что имеем. Взъерошенный, не выспавшийся, абсолютно трезвый и невероятно злой, Фрост подъехал к борделю, влетая в свой кабинет, словно смерч.
Если немного отклоняться назад во времени и понимать, почему он поступил именно так, этому было несколько причин. Первая - ответственность за исчезновение, побег, похищение (нужное подчеркнуть) несет глава семьи, а им был как раз Даниэль, а Маркус - лишь второстепенная фигура, добавляющая в его размеренную жизнь явное разнообразие. Бордель выглядел, как место допроса после теракта в городе - охрана допрашивала всех и каждого - кто виделся с Кэтрин, с кем она контактировала, кто видел ее последней.
Даниэль не спешил влезать в шкуру Баейра и представлять, что было бы, если бы пропала Лилс, но он чувствовал потерянность, ответственность и боль. У них был всего лишь день, чтобы найти девушку, с наступлением ночи ее след может потеряться, и вся ответственность падет на Фростов. Такого он допустить не мог. Конечно, все нужные каналы уже оповещены, девушку ищут.
Когда наконец Маркус соизволил почтить своим присутствием старшего брата, Дэн схватил его за шиворот и припечатал к стене, парень едва успел сгруппироваться, чтобы не ударится затылком. Про себя Фрост отметил, что братец уже не тот семнадцатилетний дохляк, которым когда-то был, когда он учил его приемам самообороны, а сестра постоянно злилась на него, вылечивая очередные синяки и ссадины Маркуса.
- А теперь скажи мне, что это случайность, а не очередной твой глупый поступок! Как ты мог это допустить, и почему, черт подери, мы об этом не знали!!
Да уж, Маркусу следовало бы сказать, что он во всем этом не виноват, что сам также ошеломлен, как и остальные, что не радуется тому, что Кэтрин исчезла, и что прикладывает все силы, чтобы ее найти. Ну что-то в этом духе могло бы успокоить Фроста. Все знали, что когда он зол, стоит потакать ему во всем и быть тише воды и ниже травы.

Даниэль почти прорычал в ответ на заявление брата. Кто он такой? Как же. Неужели Маркус забыл, как с детства ему вдалбливали, что старший брат для него - авторитет незыблемый. Что, когда отца не станет, он будет подчиняться ему во всем. А Даниэля учили уважению к младшему брату, и тому, что он такой же полноправный наследник, как и он сам. Что бизнес рано или поздно нужно будет делить, но лучше не делить, а обладать вместе, вот только одно единственное обстоятельство, одно единственное желание и одно единственное поспешное решение - всему конец.
- Потому что я - глава семьи, и все, что касается этой чертовой семьи - касается и меня! Кэтрин - часть нашей семьи, если ты не в курсе!
Злость застилает глаза, снаружи - верная охрана, которая войдет только если опасность будет грозить одному из братьев, а пока - это только потасовка, от которой, черт подери, чешутся кулаки. Но именно тон голоса брата заставил Дэна ринуться в бой. Он и представить себе не мог, что Маркус не ставит его авторитете выше своего. Чего только стоило его выступление о том, что он не мальчик на побегушках, а Даниэлю казалось, что бордель - его собственность, что Маркус всего лишь глава службы безопасности, а потом и администратор. Конечно он слишком переоценивал свою роль во всем этом, просто сейчс в нем играла какая-то детская обида, что ли, и разочарование. Даниэль повернулся и с разворота ударил брата кулаком в лицо. Его сила не была разрушительной, все же умом он понимал, что бьет младшего брата.
- Значит я для тебя уже не авторитет?! Чертов щенок! Я знал каждый угол этого чертово борделя, когда тебя даже в планах еще не было!
Ну вот, начало разрушительный действий было положено, так как последней мыслью перед тем, как Маркус сообразил ловкий захват и повалил старшего брата спиной на пол, была именно мысль о том, что нужно было заявится в его кабинет, потому что свой разрушать было не так приятно. Сильно ударившись головой, Дэн все же спихнул брата, и тот ударился о дубовые ножки стола.

Именно тогда, когда из Даниэля Фроста делали бойцовскую грушу, его мысли вставали на место. Два жестких удара он пропустил, остальные попадали в блок, которой он поставил руками у своего лица. Ужасно ныл бок, по которому ногой угодил Маркус, возможно у него даже было сломано ребро, потому что он никак не мог восстановить дыхание. Откуда эта ненависть в брате? Все очень легко было объяснить, здесь была причастна не только Лили, и то, что ее судьбу решили без его участия, но и смерть Клары и то, что старший взвалил на него заботы о борделе не вовремя. Со всем этим не справиться двадцатилетнему парню, любящему приложиться к бутылке, что ж, это у них наследственное.
- Ты... всегда .. бил, как девчонка!
Прорычал Даниэль и сильно лягнул брата так, что тот резко подался вперед, едва успев подставить руки, чтобы не протянуться лицом по паркету. В этот момент Фросту удалось перехватить одну его руку и сцепить замком за его спиной. И только тут он почувствовал, как сильно на самом деле болит его ребро, прямо искры из глаз, а от боли чуть не потемнело, поэтому он только сильнее налег на брата, чтобы у того не было возможности увернуться и ударить снова. Из носа текла кровь, а под глазом точно расплывется здоровенный синяк. тут-то он и заметил, что затылок у брата рассечен, совсем немного, но крови по его меркам для раны было достаточно.
- Прекрати!
Прорычал он, сильнее прижимая брата к полу, когда тот попытался приложить все силы, чтобы освободиться.
- Маркус! Если бы я смог вернуться назад, я бы все сделал иначе! Слышишь! Я виноват по всем статьям и признаю это! Ты можешь ненавидеть меня сколько тебе влезет, но ты все равно остаешься моим братом, а Лили - моей сестрой. Ничто этого не изменит! Я виноват, я признаю это!
Собственное признание заставило его замереть, и Маркус почувствовал, как ослабла хватка брата, этой секунды ему хватило, чтобы Дэн получил хороший удар по подбородку локтем. Он мгновенно по инерции отступил, одной рукой держась на бок.
- Все! Ты - мужик, ок?
Кроткий смешок вырвался из груди, кажется обоим срочно требовалась первая помощь.

Когда Маркус был еще совсем мальчишкой, они с Даниэлем часто устраивали подобные спаринги, только конечно старший никогда не бил его так. Но синяки и ссадины были неизменным атрибутом. Дверь открылась, на пороге появилась темноволосая Ли. Девушка осмотрела скользящим взглядом обоих братьев и застыла в дверях. Она тяжело дышала, видно было, что бежала пол особняка, потому что только она бы решились войти в кабинет, когда там явно дерутся братья.
Даниэль усмехнулся, потом на его губах появилась глуповатая улыбка, которая дала понять воинственной девушке, что инцидент исчерпан. Она подошла сперва к Дэну, не потому что его самочувствие интересовало ее больше, просто этот Фрост стоял ближе всего к двери. Убрала его руку, приподняла рубашку и заставила его чуть согнуться от боли.
- Сломано ребро. Не деформировалось, но болеть будет долго.
Следом она подошла к Маркусу, хотя тот и был настроен все еще немного воинственно. Но личная охрана Даниэля Фроста, которую представляла Ли - это вам не шашки-домино. К тому же, не Маркусу и даже не Дэну тягаться с ней.
- Швы не понадобятся. Просто держи несколько минут, прижимай сильнее.
- Вот тебе и доктор.
Усмехнулся старший из Фростов, вытирая рукавом рубашки кровь с носа. Ли явно не нравилось все, что происходило в кабинете до этого, но у нее явно проблем поубавится, если братья помирятся. Она подошла к бару, вытащила бутылку виски и поставила на стол с видом - "вот ваша анестезия" и вышла из комнаты.
Он чуть кашлянул и снова скривился от боли, доковылял до кресла и потянулся к бутылке, откручивая крышку и делая первый глоток прямо из горла. После этого, ставит бутылку на стол и пихает в сторону брата.
- Ей бы это точно не понравилось.
Чуть хриплым голосом говорит он и усмехается. Конечно он имеет в виду Лилиан. Ей бы не понравилось, что братья подрались.
- Не знаю, что нашло на меня там ... в больнице. Как я уже сказал - был чертовски не прав. Или это ты сказал?
Да, только сейчас он стал осознавать все последствия драки.
- Ладно, бьешь ты уже не как девчонка.

Отредактировано Daniel Frost (11.09.2011 20:48:05)

Сам же Дэн не считал, что у него были какие-то оправдания тому, как он говорил с сестрой или с братом в тот день, а более всего он винил себя в том, что при этом всем присутствовала Мишель, которая едва пришла в себя, после пережитого. На самом деле он злился не из-за темы, а из-за того, что Маркуса тогда не было рядом, когда Мишель очнулась, наверное просто боялся еще раз увидеть брата таким, каким он был после смерти первой жены. Видать Дэн забыл, что брат был с ним, когда родился Нэйтан. Но время лечит, хоть и не все раны, хоть в его сердце всегда будет место для нее, но даже память о ней постепенно угасала. Ему дали второй шанс на жизнь и в этот раз он не собирался просто так его упускать.
- Так ты еще и меня оправдываешь, это что-то новенькое.
С усмешкой отозвался Даниэль и кивнул на бутылку виски, которая проскользнув от брата по столу, оказалась сжатой в его руке. Взяв пример с брата он сделал уже несколько глотков, боль постепенно стала уходить, ее заменяло глуповатое осознание произошедшего и воспоминания. Он помнил тот день, когда на свет появился Маркус, для отца этот день не был мрачен тем, что умерла мать мальчика, Даниэль не хотел становится таким. Тогда его мать на крестинах мальчика сказала ему, что они непременно должны стать друзьями, когда мальчик подрастет, что отец будет сталкивать их лбами, чтобы посмотреть, кто из них сильнее, но они не должны быть врагами, но союзниками. Про дружбу она не говорила. Но все вышло не так, как она планировала, они стали семьей, и после рождения Лилиан казалось бы их семья наконец-то стала полноценной. Отец ушел рано, Даниэль заменил для них отца. Но Лилс упорно продолжала считать себя самой старшей и самой ответственной, это было даже забавно, какое-то время.
- Давно мы с тобой так не выпускали пар. А помнишь, как Лилиан каждый раз заставляла нас сидеть смирно, когда обрабатывала порезы и синяки зеленкой. Ладно тебе, ты был мальчишкой, а я - мне приходилось выезжать на важные переговоры с измазанным зеленкой лицом. Представляю ее лицо, если мы заявимся к ней пьяные и побитые. Правда не думаю, что в ближайшее время я смогу делать подобные марш-броски.
Он чуть скривился, а потом на его лице возникла почти торжествующая улыбка.
- А знаешь, я даже тебе благодарен, наконец-то жена понянчится немного со мной, а не с Нэйтом. Тебе следует заехать, она спрашивала о тебе.
Конечно она спрашивала, Мишель волнуется о всех и каждом, даже о кошке, которая живет на нижней кухне у прислуги, что уж говорить о ее протеже которую он купил ей почти год назад. Может ее можно будет передарить Маркусу, девочка-то смышленая. Идея была хорошей, стило обсудить это с Мишель, ведь девчонка принадлежит ей.

Отредактировано Daniel Frost (12.09.2011 10:12:28)

- Ты что серьезно?! Бери трубку и набирай ее номер, а тут и я, как черт из табакерки... Надо попросить, чтобы испекли ее любимое печенье, печение точно поможет.
Оба Фроста уже прикончили полбутылки, и поверьте, для них это было только разгоном. Но нужно упомянуть и тот факт, что Даниэль забыл сегодня позавтракать, поэтому алкогольный дурман захватывал его довольно быстро.
- Точно, ты позвони ей и скажи, что начистил своему старшему брату рожу, более того, мы тут оба при смерти и нам срочно нужна медицинская помощь квалифицированного врача с зеленкой. А что касается Мишель..
Глаза старшего Фроста зацепили на столе пачку неплохих сигарет и пальцы тут же потянулись к ним, выуживая на свет одну из них и прикуривая, получилось правда со второго раза, и резкий вдох напомнил ему о полученной травме, плате за прощение от брата.
- Уже забыл, когда последний раз отрывал ее от Нэйтана. Она как волчица, доверяет только своей рабыне, а та понятия не имеет, как управляться с детьми. А Шелл заладила, что нянчила своих младших братьев. Знал бы, что они вместе с папашей учудили на городском празднике, похитили мою девочку под шумок, будто я ее насильно удерживаю. Не знаю, как Ли их всех не пристрелила, ох уж мне эти женщины. Я даже покурить в собственном доме не могу.
Дэн не понимал, что возможно давит на больную мозоль, ведь Маркус потерял при взрыве свою рабыню, а это наверняка тоже было не слишком просто, и наверное он не знал об этом приключении Мишель. Когда Дэн услышал о том, что Кэтрин ушла с любимым человеком, он расхохотался, придерживая рукой бок, на котором по всей видимости уже появился здоровенный синяк, который обещал стать черным.
- Ушла с любимым? Представляю лицо Рихарда. Его сестрица сбежала с любимым. Я надеюсь, что он зарабатывает не рыболовством. Ты хотя бы знаешь, где она? У тебя ведь должна быть какая-то связь с ней, ты ведь не оставил все просто так, когда она сбежала, я тебя знаю, Маркус. Ты прав, она заслуживает счастья, но она должна быть в безопасности. Так значит ... поднимаешь свою задницу и едем на ужин в особняк. Один день они тут без тебя справятся. Давай-давай, подъем! Мужик, один я до машины явно не дойду.
Фрост поднимается, и ясное дело, перечить ему сейчас бесполезно, он все равно настоит на своем.
- У нас есть такой нетронутый ангел, Мишель не будет против, если ночью ты немного развлечешься. Хватит уже девчонке в девках ходить. А это ...
Он хватает со стола бутылку с недопитым виски. - Мы возьмем с собой!