Она пришла к ней сегодня утром, с грустным лицом в тот самый момент, когда Мишель уселась за стол с новой книжкой, стараясь отвлечься от тех мыслей, что она опять одна до вечера. Казалось бы даже они подружились с Оливией, девушка стала иногда помогать Мишель с тем или иным вопросом, но новость полностью ошарашила девушку, которая даже побледнела, когда узнала, что Фрост решил продать её в совершенно третий бордель, из той серии, где она должна была оказаться в самом начале своей взрослой жизни. Оливия полит корректно покинула спальню хозяина с Мишель, оставив девушку одну размышлять о собственном будущем. И что теперь делать? Я же всё делала правильно, всегда слушалась, терпела все унижения в постели... - Мишель не знала, в какую крайность кидаться, а что остается делать, кроме того, как устроить побег? Одевшись по-теплее, Мишель смогла уговорить охранника выпустить погулять её вокруг особняка, а сама, как только зашла за угол - убежала куда глаза глядят. Девушка смогла выбежать из города и забрела на знакомую до боли полянку, куда бегала раньше от отца, там было хорошо, совсем немного снега, можно посидеть на земле и поплакать, ведь им было так хорошо вместе, он очень нравился ей, Мишель искренне надеялась, что сможет предоставить Фросту желаемое, но просчиталась и могла стать типичной бордельной шлюхой.
Несколько раз она поднималась с места и ходила кругами, не зная, куда будет лучше податься. Домой, к родителям и братьям? Конечно, они примут её, но это первое место, где Даниэль будет искать свою провинившуюся рабыню. В леса, к партизанам? Они примут жертву сутинера с распростертыми объятиями, вот только Лавинь не хочет ввязываться в политику и идти против режима Фроста и его друзей, она ничего не имела против подобного обращения с собой, если всё время оставаться с Даниэлем, а не жить в борделе и быть второсортной шлюхой. Едва вытерев слезы, Мишель представила себе, как гневается Фрост, когда узнал о побеге и слезы продолжили свой обильный поток.
Мишель возвращается на исходную позицию, обнимая руками коленки. Хотелось спрятаться под одеялом и пролежать там весь день, но теперь она даже не знает, где найти это одеяло. На ней лишь легкая курточка, брюки, да теплая кофта с ботинками, с такой одеждой особо долго не проходишь, особенно зимой. Вернуться к Даниэлю и попросить у него прощения, сказать, что она сделает всё, что от неё требуется, лишь бы она была с ним, а не в борделе.
А через секунду кто-то грубо тянет её за локоть вверх и перед заплаканными глазами появляется лицо хозяина. Мишель замерла в панике, не зная, что делать - бежать, оправдываться, извиняться?.. что ещё можно? Он говорит об их соглашении, неужели Оливия не врала и Фрост решил отдать её в это страшное заведение? Господи, почему всё так сложно!
Возможно, Лавинь сильно пожалеет об этом поступке, но она резко вырывает свою руку из рук Фроста и бежит в сторону, надеясь, что мужчина не сможет догнать её и решит, что лучше будет отпустить девчонку на свободу, а там пусть её судьб боги решают. Но от бессилия и безысходности брюнетка падает на землю, на ладонях моментально появляются царапины, а колени начинают противно щипать, девушка уже не контролирует поток собственных слез. Пусть делает, что хочет, раз я ему больше не нужна... - Мишель сворачивается в позе зародыша, обнимая себя за грудь, пытаясь хотя бы заглушить рвущиеся наружу всхлипы и стоны разочарования.

Мишель никогда не хотела никого обижать или подставлять, а сейчас она как минимум подвела всех в доме Фроста, теперь очень долго на неё будут смотреть как на белую ворону, которая нарушала главную заповедь. Будут кидать камни, говорить, какая она дрянь. Будь Мишель чуть по сильнее духом - повесилась бы в ванне, но она боится неизвестности и хочет жить дальше, рядом с Даниэлем, который теперь обращается с ней как с самой настоящей рабыней-беглянкой. Сначала встряхивания, потом даже пощечина, которая моментально заставила Мишель прийти в себя и начать мыслить трезво, а не как последняя истеричка. Мишель прикладывает холодную руку к горящей от удара щеке и пытается собраться с духом, чтобы ответить Фросту на терзающие его сознание вопросы. Ну конечно, главный вопрос - почему? Почему сбежала, почему поверила, почему именно сюда... Мишель садиться ровно, вытирая рукавами куртки лицо и смотрит в глаза хозяина. Он же так это любит - так пусть наслаждается заплаканными синими глазами, которыми так восхищался всё время.
- Побег был не от тебя, а от этого борделя. Я никуда не хочу уезжать от вас, - она снова обращается к нему на "Вы", хотя несколько дней назад они решили, что пора переходить на новый уровень общения и взаимного доверия. Оказалось, что они оба ошиблись друг в друге. - Мне сказала Оливия и я просто испугалась, что ненужна вам. Можете наказать меня как душе угодно, прошу лишь одно - не отдавайте в бордель, я просто не смогу там жить. - Убьюсь любым способом, может быть в следующей жизни мне будет суждено родиться прирожденной шлюхой... но явно не в этой.
- Можете считать меня глупой бестолковой дурой, которая слушает всех подряд, просто потому, что у меня тоже есть чувства и эмоции, которые я не могу контролировать никаким приказами и грубой силой. - Она всё так же спокойно говорит, в глазах больше нет ни эмоции, ни боли, ни сожаления, вообще ничего, одна пустота, которую нечем заполнить. Сейчас она не будет закатывать никаких истерик, даже если Фрост решит прямо в тот момент отправить её в бордель. Уже никакой разницы.
- Если хочешь, чтобы ушла, я пойму, только дай мне время переодеться в том, в чем привезена к тебе и уйду навсегда, лишь бы больше не беспокоить тебя и твоих людей. - Мишель поднимается на ноги, но не спешит подойти к Даниэлю, смотря в сторону машины с охраной, которая ждала команды касательно судьбы брюнетки. Они уж точно не упустят шанс поиздеваться над ней, когда она выйдет из-под опеки Фроста.

Запереть... кто бы в этом сомневался. Мишель до ужаса устала, сил на побег или какое другое буйство больше не было, хотелось лишь лечь спать или просто полежать в своей комнате, где теперь наверняка будут решетки, и надеяться на то, что ей позволят хотя бы ходить в туалет в одиночку. Охранник, дождавшись момента, когда хозяин не будет смотреть, не упустил возможности по лапать Мишель, когда усаживал ту на  сидение, но брюнетка ничего не сказала, лишь уселась на заднее сидение и тупо стала смотреть в окно, смотря на остатки красивого леса. Вернее, она не знала, как раньше выглядел этот лес, только по картинкам, но в её фантазии здесь было много высоких деревьев, которые устрашали своим величаем, а сейчас здесь просто пустая дорога в город и больше ничего...
Она ничего не говорила, когда служанки принесли ей чистую одежду, хотя несколько раз те спрашивали, хочет ли чего-нибудь Мишель на ужин, ведь она до сих пор ела по чуть-чуть, врач сказал, что придется продержать её на подобной диете как минимум месяца три, но косит больше не выглядывали так ужасно, как раньше. Единственное, о чем попросила Мишель - принести ей старый свитер, так теплее, но служанка, которая теперь была приставлена к ней, упорхнула к Фросту, а через пару минут вернулась и дословно передела слова хозяина. Брюнетка лишь пожала плечами и завернулась в теплый плед, устраиваясь на кровать и прикрыла глаза. Могло показаться, что Мишель дремлет, но девушка слышала каждый шорох, каждый звук в комнате.
Стало темнеть, в комнату принесли скромный ужин - гуляш с рисом и горячий зеленый чай, но посмотрев на порцию еды, Лавинь слегка скривилась и выпила лишь чай, сказав девочке-прислуги, что она может съесть это, потому что любой вид еды вызывал у неё приступ тошноты, как и вообще всё то, что сейчас делалось для Мишель. Хотелось заставить всех забыть о случившемся, но Мишель не волшебница, теперь она вообще никто.
За несколько часов до положенного времени сна дверь отворилась и в комнату вошел хозяин дома, Мишель узнала его по легкому стуку туфлей. Она вообще старалась замечать как можно больше мелочей о Даниэле, чтобы таким образом узнать его по-лучше. Он стоит ещё у дверей, зачем и для чего пришел - не важно. Это не отменит планов Мишель просто лежать на боку спиной к двери и тупо смотреть на стены комнаты, стараясь не переводить взгляд на окна, где теперь красовались решетки. И что она должна сказать ему? Извинения? Да пожалуйста:
- Мне очень жаль, что я совершила этот глупейший поступок и обещаю, что ничего подобного больше не повториться. - ровным голосом произносит Шел, ещё сильнее кутаясь в плед, стараясь представить себе, что в комнате никого нет...

Она уже месяц как знала, что такое быть женщиной Даниэля Фроста, казалось бы, видела хозяина в любом состоянии - веселом и радостном, грустном и печальном, пьяном и наркотическом, в общем посмотрела на все проявления своего хозяина и пришла к выводу, что может попробовать и взять на себя такую ношу - создать с ним семью, родив наследника. Он всегда знал, чего хотел, а она податливая и послушная, вот и получилась гремучая смесь. Так что хуже уже быть не может, поэтому Мишель продолжает хранить молчание, лишь вытерла с глаз непрошеные слезы, прекрасно помня, как мужчина реагирует на любые подобные чувства. Казалось бы, на этом разговор должен закончиться, всё, баста, но нет, он опять предлагает куда-то ей пойти. Зачем на этот раз? Мишель и так наказана по полной программе, даже получила свою порцию унизительной пощечины, потому что до этого момента её никто и никогда не бил. Да, бывали случаи, когда отец пользовался своим ремнем, но это совершенно другое рукоприкладство. Не хочу больше чувствовать боль! Надоело, хочу просто лежать в своё удовольствие. - Наивная, думала, что имеет право хотя бы на это, но не получилось. Остается слушаться и снова протягивать руку своей судьбе, слегка недоверчиво, Мишель поднимается с кровати и идет рядом с Даниэлем. Охраны у двери ещё нет, может так задумано, а может очередной просчет, но Лавинь больше не собирается никуда сбегать, остается только испытывать судьбу, просто слушая и выполняя приказы своего хозяина.
Мужчина приводит её в совершенно не знакомую ранее комнату, где пахло его одеколоном и слегка попахивало дымом. Не смотря на то, что Мишель уже привыкла к этим запахам, она всё равно могла отличить их от других и узнать, где её хозяин, а где совершено незнакомый человек даже с завязанными глазами.
Мишель осматривается по сторонам и потом неспешно следует в сторону кровати, не заправленной, поэтому решает слегка прибраться, надеясь, что Фрост не будет сильно возражать. Сперва поправляет сбившуюся простынь, потом сбивает подушки и сверху слегка прикрывает его сторону одеялом, потому что знает - перед сном бесполезно заправлять кровать, в этом просто нет никакого смысла, а сама ложиться на другой стороне в одежде, но скинув туфли. Как и в первые дни пребывания в этом доме Мишель ложиться с краю, потому что Даниэль не сказал, с какой целью находиться здесь, а значит является всего лишь гостьей. С единственным отличием - девушка повернулась в сторону пустующей части кровати и стала пальчиками перебирать мягкое и теплое одеяло, думая, сколько девушек прошли через это место и сколько ещё пройдет. Мишель наверняка не первая и не последняя.

Она пролежала так где-то час, может чуть больше, иногда даже дремала, если Даниэлю было спокойнее, когда Мишель находилась под его личным присмотром, то Мишель же было намного спокойнее, когда рядом находился он и не важно, что делал: читал, работал или просто спал. Когда они находились у него в кабинете, Дэн разрешал Мишель брать книгу и сидеть на диване у окна, читая её, иногда украдкой посматривая на своего добродушного хозяина. А ночью... если случалось счастье и Фрост оставался спать вместе с Мишель у неё в комнате, девушка дожидалась, пока Даниэль крепко заснет, так, что его невозможно разбудить, и слегка прикасалась к нему и улыбаясь, что жизнь сложилась именно так, а не иначе, пару раз даже говорила ему "Спасибо", но обязательно убедившись, что он спит и не слышит этих сентиментальных слов.
Мишель ловит себя на мысли, что надо бы перевернуться на другую сторону, но вскоре ощущает, как уже переворачивают её. Оказывается, брюнетка настолько задремала, что не заметила, как Даниэль уже вернулся к ней и теперь буквально требует к себе внимание. Он делал так и раньше, но только в нескольких случаях и Мишель казалось, что в связи с наказанием она не получит и их. Но девушка лишь сильнее тянется к нему, утыкаясь носиком к плечо и тихо-тихо говорит:
- Прости, прости меня, пожалуйста, просто я очень испугалась, вдруг действительно тебе надоела, ведь я толком-то ничегошеньки не умею, я не такая, как остальные и мною не похвастаешься перед другими. - Мишель прижимается к нему всем телом, прямо чувствуя тепло, исходящее от него, ибо в своей комнате она уже успела слегка замерзнуть от одиночества.
Мишель не знала, что ещё можно добавить или сделать, потому что до этого момента у них не было таких конфликтов. У них вообще не было ни одного конфликта, кроме того момента, когда Фрост объявился домой не в совсем трезвом виде и решил, что Мишель надо быть менее послушной и более активной в постели, чтобы перестать испытывать свою судьбу. А что поделать, если о сексе девушка вообще узнала от служанок и они ей рассказали, как можно доставить мужчине удовольствие, не говоря уже о том, что девушки, которых привозили из борделя, тоже считали за долг дать Мишель какой-нибудь оригинальный совет. В конце концов, Мишель не гуру секса и становиться им не собиралась! Если надо - Даниэль сам может сказать или показать, что ей надо делать.
- Но.. они же знают, что эта девушка не более, чем личная рабыня, которая просто пользуется благосклонностью хозяина потому, что ему так нравиться смотреть в её необычные глаза. - Улыбается Мишель, наконец-то набравшись смелости, и смотрит в глаза Фроста, пытаясь понять, что же всё-таки мужчина тогда нашел в девушке, что заставило его подняться в фургон и увидеть в ней это что-то?

Мишель теперь обязательно будет делать всё, что от неё зависит, лишь бы дать Даниэлю желаемое, стать одной из самых главных девушек в жизни, если таковое возможно, и не менее важный пункт - завоевать его доверие. В конце концов, Мишель будет не очень приятно, если за ней всю оставшуюся жизнь будет кто-то ходить и следить за её действиями в открытую. Да и куда она сбежит? Как показала практика, Мишель деваться некуда, дома у неё больше нет, родители под постоянным контролем, остается лишь надеяться, что Фрост не врет и сдержит своё слово, ведь бывали такие случаи, когда после рождения ребенка мужчины выкидывал его мать на улицу. Мерзко, в этом случае Лавинь точно будет униженна ниже плинтуса, но больше всего она будет скучать по этому ребенку. А значит, доверие Фроста сейчас прежде всего, ведь только от его решений зависит, что будет дальше с Мишель и её потомством.
Прощение получено и черт с этими оговорками, кому они нужны! Ради этого Мишель будет терпеть и охрану и решетки, надо просто воспринимать это как должное и дополнительную защиту, а ещё перестать слушать Оливию и ей подобных, которые хотят изжить Мишель из этого дома, но сегодня девушка окончательно решила для себя, что никуда не денется и будет игнорировать любые слова этой женщины, которая возомнила себя пупом Земли. Стоит учесть тот факт, что в обнимку с Даниэлем лежит не она или какая-нибудь другая девушка, а Мишель. Исход его монолога можно было просчитать, но не хотелось, брюнетка покорно ложиться на спину, едва заметно улыбаясь и пытаясь выкинуть из головы все плохие мысли. Расслабляется, как он и просит, отвечает на поцелуй, но стыд всё ещё пересиливал её сексуальное желание и после того, как Даниэль стянул с девушки платье, она попыталась прикрыть грудь одной рукой, хоть на ней и был лифчик, и лишь представив, что они делают это не при людно и никто больше не увидит в подобном виде, Шел убрала руку. Даже сама обняла его за шею, чуть приподнимаясь, чтобы поцеловать в губы и показать своё истинное желание, и никакой стыд не отменит его.
Его пальцы добираются до её самого сокровенного места, пока Фрост не спешит снимать с Мишель остатки одежды, видимо, желая понаблюдать за тем, как девушка будет медленно сгорать от возбуждения, чуть ли не издавая стоны. В какой-то момент Мишель действительно не выдержала и стала чуть приподниматься, чтобы его пальцы проникали ещё глубже, брюнетка хотела тоже доставить удовольствие, а не получать его в одиночку, особенно сегодня после такого большого промаха в её новой жизни.

Мишель знала, что без подвохов её жизнь будет слишком скучной, особенно, если этот подвох будет носить имя Даниэля Фроста и он будет диктовать ей условия жизни. Честно говоря, Мишель на данном этапе своей жизни сама не знала, чего хотела, как бы не пыталась сбежать или говорить, что хочет завести семью. Может, всему виной подростковый максимализм, а может и тот факт, что её растили как оранжерейный цветок, которым можно лишь любоваться определенному кругу лиц, а не всем подряд. Скорее всего последнее, потому что Лавинь не знала толком никакой жизни, кроме одной - вечного страха перед своем будущим. И вот оно свершилось, девушка лежит в постели своего хозяина и получает очередное несказанное удовольствие, на её щеках продолжает играть легкий румянец. Хоть он и говорит, что ей нечего стесняться, Мишель прекрасно знала, что стесняется его, пусть тот и забрал у неё девственность и возможно будет отцом её ребенка - никакой разницы. Он мужчина, а с мужчинами Мишель общалась редко, не знала их повадки и поведение. Одно дело - братья и отец, с которыми она прожила всю жизнь, а другое дело человек, которого знаешь чуть больше месяца.
Брюнетка выгибает спину и закрывает глаза, начиная получать от этого чистое удовольствие, не понимая, как может отказаться от этого, зато теперь она стала понимать шлюх, которые добровольно шли в бордель. Конечно, у них есть всё, о чем мечтает нормальная и красивая девушка, которой хочется хорошо жить, быть накормленной и одетой. А мужчины... всё это можно стерпеть, если забыть о грехах и собственном стыде, особенно, когда они сами дают тебе деньги за собственное удовольствие. Но не рай ли? Зато для Мишель было раем когда она оказалась в руках самого хозяина борделя, уважаемого человека, у которого есть власть. Но ничего материального от него ей не надо совершенно, не в той семье выросла Лавинь. Ей нужна была хотя бы капля счастья, и она её получила, даже целый ручей. И теперь точно никогда не сбежит от Фроста, даже если ей предложат полцарства в придачу.
Разочарованно простонав, Мишель падает всем телом на кровать, сознательно понимая, за что её наказали, но тело так сильно хотело продолжения... Брюнетка приподнимается на локтях и смотрит в след своего хозяина, а через несколько минут поднимается и снимает нижнее бельё, решив слегка удивить Дэна, если такое возможно. Не пойдет же она в душ одетой. Неспешной походной девушка зашла в ванну и стала наблюдать за Фростом, а потом не выдержала и подошла к нему со спины, проводя руками по спине и плечам, слегка массируя их.
- Мне правда жаль, Даниэль, и я обещаю стерпеть любое наказание, которое ты только сможешь придумать. Ну, может почти любое, я же ещё не совсем знаю глубину твоей фантазии. - Мишель добродушно улыбается, на лице нет ни капли обиды или разочарования, просто желание продолжить этот вечер так, как этого хочется Фросту.

Мишель сама не знала почему, но сейчас ей самое важное - прощение Даниэля, она готова понести любое наказание, даже самое жестокое наказание, пусть будет главным. Пусть всегда будет главным, именно поэтому она сейчас пришла в ванну, поэтому начала провоцировать и возбуждать Фроста, чтобы он открыл свою душу хоть на мгновение и сказал, наконец, кем же считает Шел для себя. Она уже не говорит, а шепчет, как кошка, которая желает привлечь своего кота, не говоря уже о том, что эта кошечка завелась так, что если он не возьмет её сейчас, то Мишель не даст ему покоя сегодня ночью, и пусть ей стоит это ещё одним наказанием за излишнюю смелость. Но что поделать, если секс и желание оказалось сильнее любых моральных принципов.
Брюнетка покорно поворачивается спиной, даже издает едва слышимый стон, потому что вода заглушала все звуки. Чтобы окончательно не вписаться в стенку, Мишель подставляет одну руку и вслушивается в каждое слово своего хозяина. И пусть он сколько угодно говорит, что девушка должна звать его по имени - она всё равно будет а мыслях называть хозяином, потому что ей так хочется, ей нужен мужчина, который будет контролировать каждый шаг, каждое движение, даже мысли, иначе девушка просто умрет в этом мире, Лавинь не создана для него.
- Ремнем? - Мишель положила другую руку поверх его, которая лежала на руки, и сильнее прижала к себе. - М-м-м, пусть будет ремень, раз тебе так угодно, но тогда ты не сможешь наслаждаться моим видом сзади. - Девушка превосходно знала о любви Фроста к неё спине и попке, видела, как он с жадностью смотрел, когда она переодевалась, будучи ещё невинной. Но Мишель не пыталась избежать своего наказания, скорее, наоборот. - Но если тебе так хочется, я уже говорила - приму любое наказание, но только из твоих рук, ведь это же тело принадлежит только тебе и никому другому. - Лавинь не стала утверждать, что продала Фросту и свою невинную душу, чтобы тот делал с ней что угодно.
Никак не прокомментировав последнюю фразу, Мишель принимается тихонько постанывать, она очень хочет его, даже пусть высечет палкой, а сверху насыпет солью, потому что самое страшное наказание сейчас - оставить Мишель в подобном состоянии. Девушка сама себе напоминает шлюху, но элитную шлюху, личную, для человека, который обещал ей семью и ребенка, а ради этого стоит рисковать, снова и снова испытывая судьбу. Так что кощунство - не исполнить свои обещания.
Упирается уже обеими ручками о стену, в предвкушении удовольствия закрывая глаза, и интуиция не обманула девушку, которая тут же сильнее выгнула спину, чтобы член мужчины ещё глубже вошёл в неё. Той боли, которую девушка испытывала несколько дней, Мишель больше не чувствовала, наоборот, она хотела, чтобы Даниэль был более резким, не останавливался, да и вообще полностью контролировал тело Мишель.
- Я скорее умру, чем снова добровольно или принудительно сбегу от тебя.  - На срывающемся дыхании произнесла Шелли, чуть поворачивая голову, чтобы увидеть Дэна.

Надо сказать спасибо Даниэлю, ведь именно благодаря его воспитанию Мишель теперь не хочет отправляться домой, не хочет уходить во владение другого мужчины, наоборот, хочет стать матерью, просто желает научиться доставлять Фросту желаемое удовольствие и стать для него самой главной женщиной. Не обязательно при этом быть женой и носить на пальце обручальное кольцо, ведь может просто каждый день радовать его, говорить какие-то приятные слова, которые бы ласкали его слух... И она готова пойти на что угодно, лишь бы этот рай не заканчивался. Даже согласна ходить на всевозможные мероприятия в его борделе, терпеть всех этих похотливых мужчин, которые пожирали глазами её тело, Мишель просто будет их игнорировать и знать, что после таких вечеринок у них в спальне будет своя вечеринка.
Поцелуй в губы заглушает стоны Мишель, девушка жалеет, что не может повернуться и ответить, она вынуждена стоять к нему спиной, но оно того стоит, потому что доставляемое Фростом удовольствие не сравниться ни с чем другим. Девушка прикрывает глаза, забывая о всех проблемах, даже о том, что сегодня или завтра она будет наказана. Даниэль - человек слова, он никогда не забудет об этом, разве что специально, потому что не захочет причинять своего рабыни боль, ведь он сам пару минут назад извинился за пощечину. Конечно, во время возможной порки Мишель не будет плакать, она будет покорно терпеть, зажав язык, не желая показывать, как ей больно, и как обидно за свой поступок. Брюнетка сама виновата, плюс ко всему из-за неё лишился работы один из охранников, а девушки, которые должны были смотреть за Мишель теперь наверняка наказаны.
Сколько они уже находятся в такой позе и занимаются любовь? Час? Или меньше, или больше... Не важно. Важно удовольствие, которое они испытывают друг от друга, словно услышав мысли своей женщины, Дэн усиливает движения, от чего Мишель буквально валиться с ног, она ещё не привыкла к такому, слишком неопытна, чтобы взять всё в свои руки, поэтому остается надеяться на то, что Фрост поймет, что после подобного секса Мишель нужен короткий отдых. Оргазм накатывает как ещё одна волна горячей воды, хочется прямо сейчас упасть, но Даниэль крепко держит девушку в своих объятиях, не давая ей никакой возможности вырваться.
Через несколько минут они уже лежат на его кровати, оба довольные, девушка положила голову на его грудь, кажется, часть волос даже попали на шею мужчины, но тот не был против. Мишель выводит незатейливые узоры на его груди, кажется, начинает дремать, но из этого состояния её выводит голос Даниэля, который заставляет девушку лишь улыбнуться.
- О том, что мне просто хорошо, не хочется думать ни о чем. Не хочу думать ни о чем, у меня есть твоя благосклонность, есть желание выполнить твои желания. - Мишель усмехнулась собственной тавтологии. - А ты? - Мишель поднимает на его глаза, показывая, что ей действительно важно знать ответ на этот вопрос.

Так получилось, что когда Мишель оказалась в доме Фроста через несколько дней познакомилась с Лили, когда та приезжала к Даниэлю. Они перебросились парой фраз, но и их хватило, чтобы Мишель поняла, что с Лили шутки плохи и будет лучше, если они подружатся, но в связи с тем, что Фрост жила в борделе под присмотром множества охраны и другого брата, у Мишель не было возможности узнать её поближе. А вот новость о том, что она беременна слегка опечалила брюнетку. После сегодняшних событий она как никогда раньше поняла - чтобы получить доверие Дэна ей просто необходим сын, его наследник. Не то доверие, которое заключается после договоров или иных оговорках, а самое настоящее, когда они не будут спать только ради того, чтобы зачать ребенка. К тому же, когда Мишель впервые попала к врачу, Даниэль задавал ему конкретные вопросы о шансах девушки на рождение ребенка и сколько требуется времени, чтобы Лавинь перестала есть маленькими порциями, ибо во время беременности ей будет требоваться полноценное питание, а не как сейчас. А Маркус... Мишель никогда его не видела, и судя по рассказам Дэна и других слуг, лучше даже не знать его имени. И всё же, если Шел придется вписаться в семью Фроста, то познакомиться с ним придется рано или поздно.
- Даниэль, - мягко проворковала Мишель, чуть приподнимаясь, чтобы он смог видеть её лицо и определить, врет ли она. - Я буду находится под охраной двадцать четыре часа в сутки, мне запрещено гулять, если и буду куда-то выезжать, то только с тобой. Вывод: встретиться с твоим братом, как и Лили, у меня совершенно не получиться. Только если твой брат прямо сейчас не завалиться с эту спальню. - Брюнетка подтянулась ближе к лицу Даниэля и легко поцеловала мужчину в губы, в очередной раз пытаясь доказать, что больше не будет искать приключений в этом городе. Хватит с ней. Фрост лишь подтвердил мысли Мишель, которая знала о желании этого человека обзавестись наследником. Именно наследником, а не как некоторые - просто ребенком. Может с минуту Мишель молчала, а потом удобно устроилась на плече у Фроста, продолжала выводить узоры на его груди и животе, будто задумалась о чем-то своем. - Надеюсь, что ты простишь меня, учитывая, что я не мать-природа и не смогу с уверенностью сказать, что первый будет мальчик, но обещаю тебе, приложу к этому любые силы. Может, мы дадим нашей дочери возможность выйти замуж по любви? Знаю, звучит глупо, но раз уж ты породнился с хозяином города, то связей будет достаточно, чтобы она сама смогла найти себе богатого, обеспеченного, но любимого человека? - Мишель однажды думала над этим, но каждый раз отвергала эту мысль, потому что девочка - обуза для современной семьи и Даниэль ничего, пока, не отличался от других мужчин, которые лишь хотели успешно выдать своих дочерей замуж и получить от этого выгоду. - Но, знаешь, это всё лишь мои глупые мысли и мечты. - Очень хотелось сейчас повернуться спиной к мужчине, но брюнетка знала, что Даниэль точно обидеться, поэтому просто закрыла глаза и старалась думать о том, что через девять месяцев она родит мальчика, а потом ещё одного и всегда это буду мальчики... Потому что девочка - обуза и лишняя головная боль, и Мишель не хотела, чтобы дочка повторила её участь.