Он сразу догадался, что упало и кому это принадлежало, а также как и зачем это оказалось в руках это крошки Клары. Девушка находилась тут не дольше часу, а уже собиралась сбежать отсюда. Её прыткость даже восхитило Маркуса. Она была, словно утекающая из рук вода и ему страсть как захотелось удержать её во что бы то ни стало.
- А ты Клара видимо совсем не ждала меня тут увидеть… и я кажется, нарушаю все твои планы… - с сарказмом спросил Фрост и подошел совсем близко к девушке. Сейчас он раздумывал над тем, как стоит начать воспитание этой барышни. Обычно, а проступки девушек наказывали часто физически тут в дело шли и плетки и палки и голод и заточение. После сего они становились почти шелковые. Клара же была другой не такой, слишком узнавшая вкус свободы, а значит, он скорее всего только безвозвратно попортит товар и потеряет деньги, а она ему обошлась довольно дорого.
Маркус быстрым и ловким движением схватил девушку за руку и скрутил её так, что она оказалась к нему спиной, как впрочем и её рука. Он склонив голову над её ушком сказал:
- Крошка моя, а ты знаешь, что любое твое действие ведет к последствиям от которых не избавится? Вот ты знаешь, какие последствия тебя ждут за то, что ты попыталась украсть мой кошелек?

- Замечательно, Клара, - все так же на ушко девушке произносит Маркус и чуть выше поднимает ей руку, чтобы ноющая боль в руке с новой силой обволокла собой девушку.
- А ты бы этого хотела? Мне почему-то кажется, что это не поможет, Клара…для тебя у меня будет другой способ воспитания… - пообещал ей парень, и по голосу можно было понять, что боль и голод также не исключен из этого способа.
- А вот это мы посмотрим, - ответил он на последнее заявление девушки и отпустив руку повернул её к себе лицом. Немного неотесанная, но с нежными чертами лица, в мальчишеской одежде, за которой угадывалась небольшая грудь и тонкая талия, с забранными под шапку волосами рыжего цвета. От неё пахло свежим воздухом и морозцем, а еще почему-то золой. Маркус сдернул с неё шапку и копна упала на плечики Клары, её гордое лицо и твердый взгляд были такими свободолюбивыми, что Маркус продолжал восхищаться этой девушке.
Он смотрел в её ясные глаза и мысленно представлял, как эта крошка будет выглядеть умытой, причесанной, одетой в нижнее белье. «Да пожалуй, она будет очень популярна тут,…пожалуй, баксов 100 за час и 500 за ночь…» - в нем никогда не умирал предприниматель, и он всегда оставался администратором сего заведения.
- Итак Клара урок номер один. – торжественно начал Маркус и таким незатейливым способом взял её в свои ученицы.
- Каждое твое действие, любое будет иметь последствия, - продолжает он и чуть прищурившись смотрит на неё. За тем резким движением он опрокидывает её на диван, а сам подходит к шкафу и достает оттуда ошейник с длинным поводком. Маркус возвращается к Кларе и надевает ей ошейник на шею, защелкивает кодовый электронный замок на нем, а конец поводка прицепляет к себе на ремень рядом с сумочкой для сотового телефона.
- За твою весьма смелую попытку «поднять» мой кошелек…  как последствие будет 20 ударов плеткой по обнаженному телу и 3 дня голодовки, - сообщает ей мужчина, но в конце улыбается поднимает вверх указательный палец своей правой руки и продолжает.
- А теперь внимание… сие последствия получит…она….- и в этот момент палец тыкает в список служанок и рабынь, работающих тут и останавливается на одном из имени. Затем он достает телефон и вызывает к себе в кабинет эту самую девушку и надзирателя.
- Так будет каждый раз, когда ты будешь мне врать…

Женщины в этом мире привыкли принадлежать, словно вещь, мужчине, однако из этого числа всегда были исключения. Клара не была единственной свободолюбивой девушкой, но все же была в числе исключений. В её глазах читался вызов, в её словах слышалась уверенность, в её действиях была страсть. Маркус прекрасно знал, что больше всего любит укрощать вот так вот крошек. Подчинить своей воле, сохранив при этом в её глазах ту же страсть. За это он ценил и дорожил своей Силь, девушка была с ним уже почти год. Никто в борделе не мог ею управлять, она слушалась только Маркуса, но слушалась беспрекословно. Клара могла бы стать даже лучше неё, ведь Силь так воспитали родители, а Клару Маркус хотел воспитать сам.
Маркус чуть дернул вверх одной бровью, когда услышал от девушки последние две фразы. Он не ошибся, её сильно удивило то, кто будет нести столь жестокое наказание. Парень обошел диван и присел на спинку, а после отрицательно покачал головой.
- Она будет наказана и будет наказана еще раз, если ты вновь соврешь мне. Надеюсь это понятно и более мы не вернемся к этой теме…- подвел черту Маркус тоном давая понять, что просить более одного раза не стоит, особенно, когда он уже все решил. В дверь постучали, вошла совсем молоденькая и хрупкая девочка, примерно лет шестнадцати, а за неё показался здоровый охранник по лицу, которого можно было легко прочитать, что он любит наказывать девочек и делает это от души.
- Познакомьтесь Джинни, - представил он девчушку Кларе.
- Клара, - переведя взгляд на Клару продолжил он.
- А это Стефан, мастер владением плетки и незаменимый по части наказаний, – представил он надзирателя.
- Стефан 20 ударов плеткой и три дня без еды, только вода, - произносит парень и смотрит на лицо Клары.
- Все это «счастье» достается … - короткая пауза Маркус оглядел всех троих и на выдохе сказал:
-….Джинни!
Эффект был достигнут девушка не верящим взглядом посмотрела на него и словно в немом кино стала открывать и закрывать рот. По ней сразу было видно, что она не ожидала этого и хотела узнать за что, но не могла найти в себе силы, чтобы спросить.
- Всем этим ты обязана Кларе, теперь каждый раз, как она будет врать мне, ты будешь получать это наказание…- пояснил Маркус и строго посмотрел на Джинни. Девушка же сразу бросила умоляющий взгляд на Клару, но поняв, что уже нечего не изменить из её глаз показались слезы.
В глазах молодого человека плясали чертики, а в голосе была твердость и непоколебимость. Портить тело юной Клары Маркус не собирался, по - крайне мере пока.
- А теперь крошка моя ты увидишь и узнаешь, каковы последствия от твоей лжи….- обратился он к Кларе, а далее уже к Стефану.
- К первой части можешь приступать…- дал команду Маркус и Стефан схватив Джинни за руку толкнул её на диван рядом с Кларой, одновременно умудрившись разорвать на неё одежду. Ему то уж не нужно было уточнять, чтобы на жертве оставалось как можно меньше одежды.

- Это и есть твое наказание,…но если тебе так хочется, то я могу попросить Стефана после Джинни заняться и тобой, - ответил Маркус и прищурился в этот момент плетка с размаху облизала спину малютки по имени Джинни, оставив после себя красный след. Возглас девочки был настолько громким, что даже Маркус поморщился.
- А ты Клара помогай Стефану и считай удары…только смотри не с бейся,…а то придется начинать сначала…- приказал Фрост  и плач Джинни стал еще громче. Ему совсем не нравилось слушать все это, а потому он повернулся к Стефану и сказал:
- Одень ей кляп, что ли… уши вянут от её нытья…- показать Кларе себя безжалостным и держащим свое слово было очень важно, ведь такая, как Клара не покорится тому, кто сам слаб. Мужчина с удовольствием одарил бедняжку еще одним ударом и вытащив из кармана кляп в форме биллиардного мяча и пары ремешков надежно закрепил его на ротике малышки. Сам же Фрост подошел к Кларе и схватив за руку заставил подняться. Маркус заставил её смотреть ему в глаза и спросил:
- Итак, Клара что ты сегодня должна была понять? – издевательски спросил Маркус и резко развернул её к тому самому представлению. За время его опроса девушки Стефан успел нанести еще три удара и когда они повернулись спина девушки уже было вся покрыта синяками, девочка мычала, а из глаз градом текли слезы. Еще удар и еще, безжалостная плетка, как и Стефан не знали усталости. Мужчина увлекся и участил свои удары вдвое…теперь на малышку посыпался град из шести подряд сильнейших ударов.
- Каков счет Клара? – прошептав спросил Маркус.

- Тринадцать это не двадцать, - заявил Маркус и в его голосе были стальные нотки. За спиной пустившей слезу, девушки слышалось мычание и безжалостный хлест плетки. Удар. Маркус отрывает личико Клары от своего плеча и поворачивает её к «сцене».
- Ты нечего не должна пропустить…- почти с любовью проговаривает Маркус и тут еще два подряд удара опускаются на спинку Джинни и та, обмякнув, теряет сознание. Стефан остановился, хлестать бесчувственную девушку не имело смысла. Маркус толкает от себя прямо к Джинни Клару и говорит:
- Ну что крошка…надеюсь ты считаешь и знаешь, что она сбежала от нас не получив все до конца… А потому тебе нужно привести её в чувство и даю тебе на это десять минут… иначе счет для неё начнется заново…
Стефан отходит в сторону и вытирает кусками от одежды Джинни выступивший на лбу лоб. Маркус видит как это охранник глотает «слюнки» глядя на обнаженное и растерзанное тело Джинни.
- Итак, крошка верни её к нам, верни её в этот прекрасный мир… у меня нет много времени…- напоминает Кларе Маркус о её задании. Стефан же смотрел на Джинни и, облизнувшись все же решился спросить:
- Мистер Фрост…можно мне Джинни…этой ночьююю…а лучше на все три дня наказания? – Маркус сделал вид, что задумался и посмотрел на Клару, а затем улыбнувшись ответил:
- Она твоя Стефан, после стольких трудов над ней ты это заслужил…

Фрост младший с каким-то интересом наблюдал за Кларой, ему нравилось, что она так страстно защищает незнакомую ей девушку, ему нравилось, что у неё были принципы и идеалы, ему нравилось, что она, не смотря ни на что, боролась за них бесстрашно и безрассудно. Клара прилипла к пришедшей в себя Джинни, которая тут же сжалась и слезы вновь хлынули из её глазок, она вновь замычала, видимо боль, покинувшая её на время бессознательного путешествия вернулась и новой волной нахлынула на неё.
- Никто не виноват в этом, кроме вас, что вы несете такие наказания. Делайте то, что велено и таких жутких последствий не будет, - заметил Фрост и стал разглядывать свои ногти. Тем временем Клара наградила речью Стефана и он, как и любой другой нормальный мужик просто закипел в немой ярости. 
- Ей понравится, Клара…и потом он заслужил это…ты думаешь легко тут размахивать этой плеткой? Он устал и ему нужна благодарность за науку от этой девчонки. Думаю, Стефан ты можешь пользоваться этой девочкой и после, когда захочется…- произнес Маркус прямо глядя в глаза Кларе, чтобы до неё дошло, что от её слов она лишь усугубила положение Джинни, и чтобы в следующий раз думала, что говорит. Джинни с ужасом посмотрела на Маркуса, а потом на Клару и затем на своего мучителя и еще пуще заплакала, понимая, что её хрупкое тельце будет практически принадлежать этому здоровому мужику. Мужчина довольный улыбнулся и замахнулся плеткой, чтобы продолжить экзекуцию, чего Фрост не мог позволить. Он одним очень быстрым, ловким и крепким движением перехватил опускающуюся руку Стефана и, посмотрев прямо ему в глаза спокойно сказал:
- Мою крошку трогать нельзя! – голос был ровный, но во взгляде читалась угроза. Мужчина крупнее и выше него опешил и покачал головой:
- Да…я понял…- сдавленным голосом ответил ему Стефан и Маркус опустил его руку. Он вновь повернулся к Кларе и ровным голосом сказал:
- Итак, посмотрим, как ты усвоила сегодняшний урок. Отойди от неё, – приказал Фрост и дернул за цепь соединяющую её и его.  Если ему придется повторить свой приказ, девчушка на диване получит еще больше ударов плеткой. Об этом Маркус даже не собирался говорить вслух, Клара должна была понять, что от каждого её действия буду свои последствия и какие именно можно будет узнать только после совершенного действия, и они зависят только от желания и воли Маркуса.

Девушка на этот раз безмолвно подчинилась и отошла от девушки, которая плакала в голос. Маркус был доволен тем, что кажется, Клара все правильно поняла, и решил проявить щедрость.
- Хватит Стефан…. Думаю, урок усвоен и Джинни, как и я, надеется, что его повторения Кларе не потребуется…- произнес Маркус, смотря в заплаканные глазки Клары.
- Отведи её в камеру в подвале, та, что с кроватью. Три дня только на воде, притронутся к ней ты сможешь, только начиная с завтра, дай девочке отдохнуть, раз уж Клара у нас поумнела…- отдал распоряжение Маркус и на лице Стефана появилось тень разочарования и толика не терпения.
- Все можете идти, если вдруг понадобитесь, я вас вызову…- договорил Фрост, и на лице Джинни появилась искренняя благодарность и мольба, чтобы её больше не вызывали. Когда они вышли Маркус вернул свое внимание Кларе и сказал:
- Не нужно пытаться снять, его снять могу только я.
Девушка действительно выглядела не слишком презентабельно, но хорошая фигурка и милое личико нельзя было скрыть за старой одеждой и копотью. Маркус усмехнулся и сказал:
- Я пока не собирался отдавать тебя в общее пользование…- уклончиво ответил Фрост. Клара была, словно не ограненный алмаз и Маркус собирался снять с неё огранку. Только как он увидел её горящие страстью глаза, то уже в тот момент решил, что эту ночь и возможно следующую он проведет с ней. Парадокс заключался в том, что об этом пока не догадывалась сама Клара, но это лишь больше заводило мужчину.
- А теперь следуй за мной…- сказал Фрост и направился вон из кабинета. Маркусу не нужно было слышать как она идет за ним, ведь цепь, соединяющая их в любом случае заставит её пойти за ним, вот только ему совсем не понравится, если он почувствует натяжение цепи…

Умная, сообразительная и скорее всего, быстро адаптирующаяся Клара послушно шагала за ним. Она все еще упрямо пыталась снять с себя ошейник теребя его ручками. Парень живо представил, как эти пальчики будто также нетерпеливо и упрямо теребить его крайнюю плоть и от удовольствия сглотнул.
- Тебе очень идет этот ошейник и наступит время, когда ты будешь умолять меня не снимать его с твоей шеи. Но это позже, а сейчас постарайся не трогать его сильно и тогда твоя нежная кожа будет страдать меньше, - почти с заботой произнес Маркус. Парень так хотел её, что удивлялся этому даже сам, прежде в нем ни одна девушка не могла пробудить такого желания кроме Силь. «Она действительно может стать второй, а может даже первой моей девочкой…»- размышлял Фрост. Её вопрос заставил его улыбнутся и даже повернутся к ней.
- Клара тут никто просто так не пытает рабынь…  Это исключительно вынужденная мера. Некоторые просто не понимают слов и им это нужно объяснять более доходчиво, чтобы они прочувствовали так сказать. – Тем временем они дошли до нужного места. Это место была личная спальная комната Маркуса Фроста. Он открыл дверь и пригласил жестом войти и Клару. Затем он захлопнул дверь и продолжил движение к ширме, которая прикрывала собой роскошную ванну и большой душ. Фрост остановился у душа и открыл его после он отцепил цепь от брюк и прицепил её к кольцу для полотенец, а после потянул, чтобы девушка прошла к нему.
Он подвел её к этому кольцо и обернул цепь несколько раз  вокруг кольца, пока она не стала короче, затем он одним быстрым движением сорвал лохмотья девушки и его глазам предстал вид обнаженной девичьей груди. Да она была именно такой, какой и казалась за бесформенной рубашкой. Затем у Маркуса оказались в руке небольшие маникюрные ножницы и он стал немного не осторожно чуть царапая Клару срезать с неё мальчишеские штаны.

Маркус лишь мог улыбаться словам девушки, ведь её логика была практически неоспорима. Девочка сама не понимала, как прекрасна и желанна в данную минуту, когда вот так вот пытается прикрыться и сберечь свою одежду.
Маркус молча закончил свою работу с ножницами, избавив бедра Клары от грязной ткани и оставив на неё тонкие трусики, однако он не убрал ножницы, а присев на корточки поддел лезвием край трусиков и одним нажатием разрезал их, затем со второго боку и ткань опала, но оказалась зажатой между ножками. Маркус свободной рукой потянул её и она выскользнула между ног Клары, оставляя её без единого клочка одежды. Обнаженная с распущенными волосами с ошейником на шеи, она сейчас была дико сексуальна и всю пикантность к этому добавляла её смущенная и зажатая поза. Парень завел её под душ и открыл воду, ледяная вода стала спадать на Клару, но после регулировки воды она потеплела.
- Всем людям нравится свое. Стефан любит воспитывать глупеньких рабынь, ты любишь свободу, я люблю из глупеньких делать умненьких рабынь. А теперь Клара разожми ручки…, - наконец заговорил Маркус. Далее мужчина стал просто мыть девушку, безусловно, это ему доставляло удовольствие, ведь её кожа была нежной, но упругой, молодое тело было изящно и имело аппетитные формы. Сам же парень старался не попадаться под струю воды настолько, насколько это возможно, но вскоре упрямые, как и Клара, капли замочили его рубашку. Совсем скоро уличный налет был смыт и Клара предстала перед ним настоящим ангелочком на цепи. Маркус снял рубашку и сбросил свои тапки с ног. Теперь у него был обнажен торс и босые ноги. Он ступил в душ к ней под струю воды и брюки стали медленно мокнуть.  Он повернул девушку к большому зеркалу и склонившись к её уху спросил:
- А вот в таком виде ты заработаешь для меня очень много денег…- Мужчина развернул её и прижав к стенке требовательно вцепился ей в губы с поцелуем.

Она ответила ему на поцелуй и обхватила руками, Маркус чуть не замычал от удовольствия того, что не ошибся в этой крошке. Наверняка в постели она столь же страстная, как и в жизни и даже её неопытность никак не могла испортить впечатления. Маркус мыл её грудь, а вода ласкала их двоих. Он прижал её к стенке душа и в порыве страсти подхватив за бедра, а затем подкинул так, чтобы она обхватила его ножками. Оторваться от её сладких губок не представлялось возможным и Маркус просто неистово целовал её. Его язык заполнил весь маленький ротик и практически насиловал и истязал её слегка шершавый язычок. Маркус не целовал - он завоевывал, он насиловал, он объявлял себя полным и единственным хозяином всего этого богатства, причем полноправным, таким, что даже сама Клара не была уже хозяйкой своего тела и ротика, только он владел им. Так он целовал не всех, в мире была только одна девушка, которая испытывала такой поцелуй до Клары, это была Силь.  Маркус вновь подумал о своей любимой и единственной рабыни Силь. Она уже была у него почти год, но он всегда хотел её так, как в первый раз, только последнее время он охладел к ней, а прижимая тельце Клары и вовсе не представлял себе Сильвену на её месте.
Поцелуй – изнасилование закончился Маркус с какой-то страстью даже оторвался от её ротика и стал жадно блуждать по лицу крошки, его руки крепко сжимали ягодицы девушки поддерживая её в подвешенном состоянии, её торчащая грудь крепко прижималась к его грудной клетке и при каждом вздохе возбужденные соски Клары короткой дорожкой щекотали парня. Он отпустил её на землю и сделал с ней шаг назад так, чтобы оказаться под струями воды. Вода стала вновь стекать по ним, что делало девушку для парня еще более желанной.
- А сейчас мы узнаем, каков опыт у тебе крошка…- шепнул он ей и натянул рукой собранный в пучок волосы, чтобы девушка выгнулась в спинке назад и её грудь призывно предстала перед Маркусом. Парень тянул не сильно, но сопротивление Клары могло бы принести ей дискомфорт, вторую руку он подставил под её поясницу, чтобы девушка опрокинулась на неё. Придав её груди нужную позу и высоту Фрост умелым движением закрепил её в своих крепких руках, положив вторую руку сверху в районе шеи и впился в юную грудь крошки своими губами.
- Ты очень сладенькая девочка….за тебя будут давать много денег, и ты великолепно будешь смотреться со слезами на глазах…- буквально на мгновение оторвавшись шепнул Маркус.

Маркус любил женскую грудь, наверно все мужчины любят женскую грудь, его ласка губами была грубоватой, он то оттягивал сосок, то закусывал до легкой боли. Правую, левую, снова правую и вновь левую. Не очень большая, но любимой формы, миниатюрные сосочки просто просили себя поцеловать. Маркус то облизывал, то просто целовал, то посасывал, то игрался языком с сосочком. Они были такими аппетитными, а её стон таким сексуальным, что Маркус немного не рассчитав чуть сильнее прикусил уже любимый сосочек Клары. Ему хотелось продолжить свою игру с грудью девушки, но ему отчаянно не хватало рук. Он отпустил её и она разогнулась, её мокрые волосы волной качнулись по плечам Клары. Вода стекала по самым желанным местам девушки, и Маркус аккуратно замотав её волосы на руку стал опускать девушку на колени. Вторая рука ловко расстегнула ремень, и брюки упали, на нем остались плавки.
- По работай крошка ротиком…я хочу узнать тебя со всех сторон…и да…не зарекайся раньше времени…- с явным придыханием говорит Маркус имея ввиду последнее смелое заявление девушки. Он берет её руку в свою и заставляет девушку снимать свои плавки. Маркус всегда держит все под контролем, даже процесс снятия последнего своего туалета. Все должно быть так, как хочет того мужчина. Её цепь упала на её плечом в голове Фроста ясно представилось, как он обнаженную свяжет её этой цепью и насладится её телом вдоволь.

Девушка отвечала на его ласку, Маркус знал, что так и будет. Не потому что он такой великолепный любовник, хотя и не без этого, а потому что она ему понравилась чувственностью и страстью. Клара покорно опустилась на коленки и не упустила возможности по заигрывать с ним. Мужчина улыбнулся уголками губ и с хитрой улыбкой ответил:
- Пожалуй, я рискну…
Она обхватила его ручкой, а после облизнула, волна удовольствия и наслаждения прокатилась по всему телу и наверно он сейчас бы покрылся легкой испариной, только вот под струями воды, это не заметно. Маркус поднял вверх глаза и прикрыл их толи от получаемого удовольствия, толи чтобы вода не затекала в глаза. Он ловил языком капельки воды, на нем еще остался вкусе сладких губок и аппетитных грудок.
Маркус всегда был ненасытным, девушки после него уставали, он же уставал только с Силь, которая заставляла его хотеть её даже отымев пять раз к ряду. Клару он сейчас хотел даже больше, чем когда-либо Силь. Он приложил свою руку к её затылку и стал время от времени вмешиваться и в скорость и в глубину. Его орган уже давно был готов, и кончить лишь от её ротика вполне можно было бы, но не сейчас… Его дыхание стало намного глубже и чаще, он через силу остановил приятную ласку и поднял девушку на ноги. Маркус подхватил её под ноги и уложив на одну руку понес её в комнату. По пути он снял с кольца конец цепи и захватил полотенце. Оба мокрые он прошел по комнате оставляя за собой лужи воды. Фрост с высоты своего роста скинул девушку на кровать и приковал её цепь в перекладине на кровати. Он взял большое махровое полотенце и чуть обтеревшись бросил его на пол. Сам же он оказался нависшим над лежавший на спине девушки:
- А теперь красавица…ты вся моя… - и он вновь припал к её груди.

В её фразе была доля истины, Маркус уже сейчас знал, что не сможет оторваться от Клары, пока полностью не вымотается. Однако у него были некоторые сомнения, кто устанет первым, она конечно и жила на улице, а значит очень выносливая, не то, что домашние девочки? но в плане секса судя по всему была неопытна в отличии от него.
- Если тебе это удастся, ты получишь подарок…- ответил ей мужчина.
Затем он вновь припал к её возбужденным грудям и стал ласкать их своим языком параллельно сжимая вторую её грудь рукой. Мягкие, но упругие, полностью помещающиеся в ладошке и как называл это сам Маркус «грудь его размера», сладкие и волнующее… Крепко сжать одну до легкой боли, закусить и оттянуть вторую до еще более громкого стона.  Терзать их пока они не покраснеют, пока не станут еще более чувствительными к его прикосновениям, когда наслаждение смешивается с болью. Сладкий стон Клары так приятно ласкал слух и еще более возбуждал, если это было возможно. Вот Маркус заканчивает свою игру с грудкой девушки и вновь нависает над ней, он закусывает её нижнюю губу и чуть тянет вверх. Изо рта вырывается еще один стон и глядя ей в глазки и оперявшись на одной и прижав её ножку к кровати широко разведя он направляется своего скакуна к входу конюшни и заводит его одним быстрым и точным движением. Девочка уже успела хорошо дать соки, и проникновение оказалось более легким. Тесная, почти как девственница, Маркус всегда любил глубокое проникновение и имея не малых размеров орган доставлял девушками девственницам много боли от такого способа.
- Ты такая тесная…мне это нравится…- шепнул Маркус девушке, когда его член уперся в её матку и тут девочка, оказалась по его размеру, вернее он сделает сегодня её по своему размеру.
- Не отдам тебя,…чтобы тебя не разносили….- с этими словами Маркус решил, что отныне Клара Милтон или как он называет её «крошка» стала его собственностью.

- Пока я хочу тебя не отдам, - ответил ей Маркус. Он мог часто лгать, но все же старался с рабынями быть правдивым, на его взгляд ложь присуща слабым людям, не умеющим сказать правду. Он действительно не собирался отдавать её в общее пользование, пока она будет желанна для него, как сейчас.
Просить второй раз его не нужно было, выйти полностью, а после снова во всю длину до самого упора. Потом повторить эти движения и набрать скорость. Её коготки вцепились в спину, боль от царапин лишь подчеркивала наслаждение и дикое удовлетворения от секса с этой девочкой. На спине появилась испарина, а скорость нарастала с каждым движением. Резко войти и также резко остановится, забросить её длинные ножки себе на плечи, упереться на обеих руках и продолжить свои движения.
Маркус склоняется к ней и вновь впивается в её губы. Его поцелуи всегда властны, всегда нетерпеливы, всегда имеют характер завоевания и всегда до самого последнего глотка воздуха. Его язык практически проникает в глубь её горла, его зубы закусывают её язычок чуть сильнее, чем это требуется.
- Мои девочки целуются только со мной…. Эти губки только мои…ты никому не должна дарить их, ты никому не должна позволять прикоснутся к ним, - сказал он оторвавшись от её губ, которые от его поцелуя налились кровью и покраснели. Маркус, когда-то говорил об этом и Сильвене, вот теперь появилась еще одна рабыня, которая под страхом смерти не должна была позволять целовать себя.